— У тебя картография прокачана? — спросил я, перекрикивая ветер.

— Да, под семьдесят, — ответил он, его голос дрожал от восторга. — Уже фиксирую!

Снова цифры с картографией вот теперь. Избирательная какая-то система!

Я кивнул, направляя Небокрыла шире. Поля, леса, дорога, ведущая к побережью, — всё это отпечатывалось в интерфейсе Рика. Его глаза бегали, пока он составлял карту, отмечая холмы, ручьи и даже заброшенные машины. Я активировал Взгляд в будущее, проверяя, нет ли угроз в ближайшие минуты. Всё чисто. Через час мы спустились обратно к заправке, и я замер от удивления.

Заправка преобразилась. Люди Рика, привыкшие к выживанию, разделили здание на «комнаты», перегородив их ящиками и тканями. Вокруг по периметру выросли заграждения из досок, металла и даже старых шин, образуя подобие стены. Всё это они сделали молча, общаясь жестами, как будто звуковые волны всё ещё угрожали им. Я смотрел на эту организованную суету, и невольно восхитился — эти люди знали, как выживать.

— Рик, — позвал я, когда мы слезли с Небокрыла. — Донеси до своих, что тут нет звуковых волн. Можно говорить.

Он улыбнулся.

— Привыкнут, — сказал он. — Пока в это сложно поверить. Столько лет под ужасом издать лишний звук. Да еще и на поверхности.

— Понимаю, — кивнул я, хлопнув его по плечу. — Но первая волна — это ваш шанс. Зомбаки слабые, главное — не давайте им собираться в толпы.

Я вернулся к Кире, которая сидела на ящике, жуя батончик. Её взгляд был насторожённым, но уголки губ чуть приподнялись.

— Ну что, Артём? — спросила она по мыслесвязи. — Уже генерал, раз раздаёшь указания?

— Типа того, — хмыкнул я. — Они справятся. Но что-то подсказывает, что Система не даст им расслабиться.

— Как обычно, — ответила она, её пальцы искрили ярче. — Что дальше? Ждём Модуль-17 или ищем его технологии?

— Ищем, — сказал я, сжимая копьё. — Но сначала дадим им день на обустройство. Если зомбаки полезут, прикроем.

На следующий день мы с Кирой решили взять передышку, дав людям Рика время обустроиться. Заправка, которая вчера была просто заброшенным зданием с ржавыми машинами, начала превращаться в настоящий лагерь — не временное укрытие на ночь, а место, где можно жить с относительным комфортом. Мы сидели на ящиках у входа, жуя батончики и наблюдая, как анклав Рика работает с отлаженной точностью, будто они всю жизнь строили крепости в параллельностях первой волны. Кира потягивала колу, взгляд скользил по суете людей.

— Смотри, как шустро, — хмыкнула она, кивая на группу мужиков, которые мастерили летний душ из металлических листов и пластиковых бочек. — Ещё пара дней, и тут будет курорт.

— Если зомбаки не припрутся, — ответил я, доставая очередную банку колы. — Но да, неплохо. Эти ребята знают, как выживать.

Люди Рика действовали молча, общаясь жестами — привычка, въевшаяся за годы под звуковыми волнами. Мужчины таскали доски и металл, укрепляя периметр заправки. К вчерашним заграждениям добавили ещё два ряда — шины, обломки машин, даже старые холодильники из подсобки пошли в дело, образуя стену, способную остановить не большую толпу зомбаков. Женщины сортировали лут, раскладывали консервы и воду, а несколько парней, вооружённых инструментами из шиномонтажки, приколачивали перегородки внутри здания. Заправка была двухэтажной, и места хватило всем с запасом. Первый этаж разделили на «комнаты» с помощью ящиков и тканей, а второй превратили в спальни, где уже появились матрасы, вытащенные из старых грузовиков.

Я иногда вставал, чтобы помочь. Мой Фортификатор оказался очень полезен. Когда один из парней пожаловался, что стена из шин шатается, я подошёл, приложил руки и сплавил их в монолит, добавив обломки бетона для прочности. Камень и резина слились в нерушимую преграду, и парень, посмотрев на результат, только присвистнул.

— Это что, магия? — спросил он, вытирая пот.

— Типа того, — хмыкнул я. — Система видать любит, когда мы строим.

Кира, заметив это, передала по мыслесвязи:

— Артём, ты прям инженер. Может, останешься с ними крепости строить?

— Очень смешно, — ответил я, возвращаясь к ящикам. — Лучше следи за горизонтом. Мобы не любят, когда мы расслабляемся.

Она фыркнула, но при этом оглядела все вокруг, всматриваясь в поле и лес вдали. Пока всё было чисто, и я позволил себе немного расслабиться, наблюдая за работой. Шиномонтажка, примыкавшая к заправке, оказалась кладезем инструментов. Гаечные ключи, домкраты, тиски, прессы — все что не подразумевало использование электричества — все пошло в ход. Одна из женщин, с прокачанной алхимией, смешивала какие-то травы из лута, превращая их в мази для ран. Дети — их было с десяток — помогали таскать мелкие вещи, и вся эта суета создавала ощущение, что анклав не просто выживает, а строит новую жизнь.

Дважды за день я брал Рика на прогулку на Небокрыле. Первый раз мы полетели в сторону города, который виднелся на горизонте. Поднявшись на пятьсот метров, я направил питомца к серым очертаниям, но через полчаса, не долетев и до половины пути, прикинул, что Небокрыл устанет и придется ждать пока он отдохнет.

— Слишком рискованно, — сказал я, перекрикивая ветер. — Город — это всегда засада. Зашли туда разведку, когда обустроитесь. — Рик кивнул, соглашаясь.

— Тогда назад, — кивнул я, разворачивая Небокрыла. Моя картография, хоть и не такая прокачанная, как у Рика, фиксировала дороги и холмы, добавляя их в интерфейс. Мы вернулись к заправке, и я заметил, что периметр стал ещё крепче — кто-то даже вкопал металлические колья, превращая стену в подобие частокола.