Он не был уверен. Вообще-то делать такое на слух, с одного прослушивания — весьма амбициозное решение. Обычно мелодию для диктантов слушают хотя бы трижды — слушают, записывают, проверяют. А он — просто по памяти.

— Все верно, — сказала Пэгун. — Как я и думала — абсолютный слух. Удивительно, что Роун не понял. Ты, вообще, ошибаешься в исполнении?

Хару повернулся с креслом обратно к ней и неловко пожал плечами: кажется, именно ошибок в исполнении у него давно нет. Бывают проблемы с управлением голосом. Не всегда он может взять такие высокие ноты, как нужно, иногда не получается что-то исполнить чисто. Но именно попадание в ноты… с этим у него проблем вообще нет. Никогда.

— Кажется, нет, — ответил он.

— Ты знаешь, что такое абсолютный слух?

— Мне всегда казалось — это когда человек бесится, если на полтона ниже ноту сыграл, — честно ответил он. — Но меня ошибки не раздражают. И не всегда я понимаю — в чем именно ошибка.

Пэгун кивнул:

— Нет музыкального образования, — кивнула Пэгун. — Интересно было бы посмотреть, каким бы ты стал, если бы было время на полноценное обучение.

Хару неловко улыбнулся. То, что у него абсолютный слух, не дает гарантий, что он добьется каких-то невероятных успехов. Это просто особенность такая — различать ноты. Может быть полезно, но, вообще-то, многие реально жалуются на то, что в обычной жизни абсолютный слух скорее является причиной для постоянного раздражения из-за неидеально звучащего мира.

— Ладно, — вздохнула Пэгун, — Какой вариант песни тебе нравится больше — первый или второй, обработанный?

— Второй. Он интереснее.

Пэгун кивнула.

— Пиши Ноа, пусть возвращается. Перепишем последний припев. А ты готовься — вокальную подложку записывать будешь ты.

Хару кивнул и тут же достал телефон. Он как раз объяснил Ноа, что от него требуется, когда в студию, наконец-то, вошел менеджер Пён с кофе.

— Пей сейчас. Время есть, — улыбнулась Пэгун. — Хочешь послушать, что еще вы будете записывать к первому камбеку?

— Конечно! — оживился Хару.

Услышать следующую песню ему было действительно любопытно.

Хару, как оказалось, не совсем понимал специфику работы с рекламодателями. Размещение рекламы в блоге происходит быстро, можно все успеть за неделю. Договора на одну рекламную кампанию обсуждают неделю-две. Ограничений для работы с другими брендами практически нет. Хару вот снялся для рекламы напитка, но не обязан теперь пить этот напиток — просто его лицо бренд будет использовать для привлечения внимания.

Другое дело — полноценное сотрудничество бренда и знаменитости. Контракт могут обсуждать несколько месяцев, обычно бренду еще и нужно время, чтобы присмотреться к потенциальному рекламному лицу. Зато и платят там в разы больше. И у Хару есть возможность такого сотрудничества.

Поэтому вся первая половина субботы была отдана под обсуждения контрактов. Рано утром, к восьми, Хару поехал в адвокатскую фирму Чо. Там уже почти родной Чо Вонги завалил его новой информацией. Начали с постов в блоге. Хару дал согласие на все три, он просто растянет публикации до конца года. Хотя он пока вообще не представлял, что напишет в посте про очки…

Но вот остальное было уже сложнее — нужно выбирать. На самом деле, через фильтры продюсерских решений прошло не так уж много предложений. По словам Вонги, их было однозначно больше.

— Почему они отказываются от части предложений? — спросил Хару. — Если что — это не из жадности, просто интересно.

— Репутационные риски, — ответил Вонги. — Плюс суммы. Им Минсо давно в этом бизнесе, она явно дала понять, что не согласится сейчас на те предложения, где вас пытаются купить на старте по низкой цене. По слухам, было предложение о сотрудничестве от Prada, контракт на три года, но твое начальство посчитало его оскорбительным.

Хару кивнул. Сон Анки когда-то говорила ему, что не всякая реклама ему подойдет. Они ведь намеренно решили не брать в работу любой солнцезащитный крем… При этом даже в самом шоу Lucky Seven полно кадров с тем, как Хару поливается всем, чем только можно, чтобы не сгореть, а потом еще и с зонтом ходит. Наверняка были предложения рекламы spf. Но в этом случае Хару был даже благодарен, что именно этот продукт был выбран для полного отказа от его рекламы. А вдруг бы не подошел? И что тогда? Втихую мазаться другим, боясь получить штрафы от рекламодателя?

— Давайте начнем с кофе, — решительно заявил Вонги.

— Кофе? — удивился Хару.

Он ждал одежды, косметики, снеков… но не кофе.

— Вы сами написали, что пьете черный кофе, вот вами и заинтересовались. В этом сегменте четыре контракта. Два от кофеен, два — от брендов кофе. Рекламировать сможете только что-то одно, кофейни часто работают с определенными марками кофе, так что может быть конфликт интересов.

Хару кивнул. Вот только Чо Вонги перед ним выложил три контракта, а не четыре. Хару потерянно на него посмотрел, а тот виновато улыбнулся: