По информации от доброжелателей из числа коллег Ирины, сейчас отдел кадров медицинского управления готовил документы на увольнение доктора Кросовской, по причине злостных прогулов. Честное слово, даже руки зудели от желания придушить кого-то. Ведь прекрасно знают, что по закону Ира имела право уйти в отпуск на период предвыборной компании, заявление на отпуск от кандидата в депутаты они получили, тем не менее старательно делали вид, что доктор Кросовская — злостная прогульщица и нарушитель трудовой дисциплины. А мне оставалось только скрипеть зубами и готовить заявление в прокуратуру, дабы око государево обратило внимание на грубейшее нарушение избирательного права.

Завод. Кабинет юридического бюро.

Яблоков позвонил мне по телефону в кабинет на Завод и коротко попросив срочно приехать в офис, бросил трубку. Попытка дозвониться до него и выяснить, что случилось окончилась безуспешно, в телефонной трубке раздавались лишь длинные гудки.

Полный мрачных предчувствий я уже через двадцать минут стучался в запертую изнутри дверь с табличками «Представительство Завода» и «Адвокат Яблоков. Юридические услуги любой сложности», а когда дверь, наконец распахнулась, я, честно говоря, охренел. В мягком кресле, с моей любимой кружкой в руках, спокойно попивала чаек, моя бывшая подруга и любовница — Софья Игоревна Прохорова.

Правда вид у нее был слегка всклокочен, а глаза — красные и опухшие, с плохо смытыми подтеками черной туши, но проблемы этой дамы меня волновали слабо.

— Саша, а что она здесь делает? — максимально спокойно поинтересовался я у бывшего однокашника.

Девушка ожгла меня взглядом, громко всхлипнула, расплескивая чай, резко поставила на стол мою кружку и вскочила…

Сердобольный Яблоков, шагнул ей наперерез, приобняв за пышные формы Софьи и посмотрел на меня с явным осуждением.

— Паша, это же Софья! Она с нами училась в «универе»! Ты что, не узнаешь ее?

— Саша, у меня здоровье, как у космонавта, медкомиссию ежегодно прохожу…- я поймал беспомощный взгляд своего приятеля инвалида и осекся — еще несколько месяцев он сам мог о себе сказать то же самое. А теперь…

Воспользовавшись минутной растерянностью Яблокова, Софья вырвалась из его объятий и выскользнула за дверь, перестук ее каблучков трагично удалился.

— Зря ты так…- Саша досадливо взмахнул рукой, после чего принялся торопливо собирать вещи в портфель.

— Ты куда собрался?

— У меня дела срочные образовались…- сухо буркнул Яблоков.

— То есть ты меня сюда срочно по телефону вызвал, чтобы сказать «до свидания»? — обозлился я.

— Зря ты так с Софьей…- повторил Яблоков.

— Саша, меня Софа кинула, да так, что я чуть на зону не попал, и ты хочешь, чтобы я все забыл? Кстати, она в этом самом кабинете сидела, бесплатно, когда ее из адвокатской консультации выставили, и работу я ей постоянно подкидывал, а она об меня потом ноги вытерла…

— У каждой медали всегда есть две стороны. — Яблоков замер, пристально глядя мне в глаза, очевидно, ожидая, что я потребую у него ключи от кабинета и от «малосемейки», но я промолчал. Выбрасывать человека на улицу я не собирался, да и денег за членство в адвокатской коллегии где-то на востоке страны, Саша был мне должен, вполне приличную сумму.

— Я действительно спешу. — не дождавшись от меня изгнания, Яблоков неловко потоптался на пороге офиса и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

Софья ожидаемо хныкала на скамейке в небольшом скверике, возле офисного центра — я прекрасно видел ее в окно, а рядом уже уселся помятый товарищ босяцкого вида, готовый оказать расстроенной девушке всяческую помощь и поддержку.

Саша Яблоков кубарем выкатился из здания, в две секунды отвадил потасканного «джентльмена», после чего они с Софьей долго стояли обнявшись. Она поливала слезами его мужественное плечо, а Саша поддерживал бывшую однокашницу за талию. После того, как руки адвоката Яблокова третий раз соскользнули с талии на пышную попу адвоката Прохоровой, я понял, что у моего приятеля просто давно не было женщины. Для молодого мужика несколько месяцев в больнице, потом изгнание из дома молодой женой…Теперь стало понятно, почему хитрая Софа вьет веревки из одинокого Саши.

Я проводил взглядом обнявшуюся парочку, что неторопливо двинулись куда-то в сторону Сердца Города, выложил из пакета бутылку ликера «Адвокат», который я, наверное, уже н не попробую, после чего уселся за стол, вновь задумавшись о планах на будущее. Вроде бы все шло относительно нормально. Магазин приносил чистую прибыль — я особо не задумываясь, сдал все площади в аренду, и пока только стриг ежемесячные купоны. Лет через десять эта халява закончится, маленькие отдельчики будут закрываться под натиском сетевого ритейла и интернет –торговли, ну а пока поток новоявленных коммерсантов, желающих сесть в бойком и проходном месте, завести немудрящий товар и продавать его с накруткой в сто процентов, не ослабевал. У меня в записной книжке постоянно были записаны пара телефонных номеров людей, которые ждали, не освободиться ли у меня в магазине какая-то площадь. Бывшие продавцы, сидевшие в хозяйственном отделе, как-то незаметно растворились в суете дней, а в директорском кабинете держали оборону управляющая и бухгалтер. Периодически появлялся мужчина пенсионного возраста, числящийся у меня главным энергетиком, а по факту — на все руки мастером, отвечавший за то, чтобы все лампочки горели, замки закрывались, а из труб лилась вода. Этими людьми персонал магазина и ограничивался.