Я поднимаюсь на ноги и заглядываю в душ. Все по-прежнему там. Ее средства для мытья тела, шампуни, лосьоны – абсолютно все. Стянув футболку через голову, я снимаю спортивные штаны, захожу в кабинку и включаю горячую воду. Струя мгновенно нагревается. Я наливаю на руки огромное количество ее геля для душа, а затем растираю его по всему телу. Ее аромат наполняет ванную. Я закрываю глаза и вдыхаю его.

— Я люблю тебя, Доминик. — Слова, которые я никогда не заслуживал услышать, снова и снова звучат в моей голове.

Переодевшись в чистую одежду, я нахожу своих кузенов на кухне. Им каким-то образом удалось найти несколько нетронутых чашек. Эш, перешагивая через груду осколков стекла и керамики на полу, направляется ко мне с кружкой в руках.

— Выпей это. — Он пихает кофе мне в грудь. — Я бы посоветовал тебе сесть, но, похоже, у тебя нет стульев.

Я оглядываюсь по сторонам. Этот дом – настоящее дерьмо. Что, черт возьми, я натворил? Я ломаю голову, и на ум приходят смутные воспоминания о том, как я крушил все вокруг.

— Я не планировал принимать гостей, — говорю я ему.

— Да ну. — Присвистывает Акс, осматривая повреждения.

— Твой папа уже вызвал подрядчика, чтобы тот приехал и все починил. Он был бы рад, если бы ты тоже ему позвонил, — добавляет Эш.

— Ты сдал меня? — Спрашиваю я его.

— Нет, я сказал твоим родителям, что ты сходишь с ума и нуждаешься в помощи.

— Я в порядке. У меня все под контролем, — лгу я.

— Что все-таки случилось? Я слышал, твоя девушка очнулась, так почему ты ведешь себя так, будто она умерла? — Акс вздергивает бровь, глядя на меня.

— С таким же успехом можно считать, что она умерла. — Вздыхаю я и провожу рукой по лицу.

Глава 4

?

— Что тебе нужно, Люси? — От его глубокого, хрипловатого голоса по моему телу пробегает дрожь.

— Мне нужно, чтобы ты заставил меня кончить, — говорю я ему.

— С удовольствием. — Его язык пробегает по моей ноге, слизывая кровь. — У тебя чертовски потрясающий вкус, — говорит он, а затем проводит языком по центру моих складочек.

— О боже! — Я хватаюсь за его голову, и наслаждение поглощает меня. Все мое тело вибрирует, когда я поддаюсь надвигающемуся оргазму. Его палец проникает в мою киску, лаская и потирая то маленькое скрытое местечко, до которого я никогда не смогу добраться сама. — Черт. Я... — Мои ноги обхватывают его голову, а тело сотрясается в конвульсиях. Моя сердцевина сжимается вокруг его пальца, всасывая его и удерживая там.

Я тяну его за голову. Я хочу поцеловать его. Хочу, чтобы он был здесь. Со мной. Я хочу видеть его. Его губы скользят по моему животу. Он поднимает голову и…

?

Мои глаза распахиваются. Пот покрывает мое тело. Я отбрасываю простыни в сторону.

— Серьезно, опять? — Спрашиваю я у пустой комнаты.

Я уже сбилась со счета, сколько раз мне снился этот сон. И всегда происходит одно и то же. Как только я уже почти вижу лицо, принадлежащее тому таинственному голосу, я просыпаюсь.

Сейчас бессмысленно пытаться снова заснуть. Поэтому я встаю, иду на кухню и включаю чайник. Может, чашка чая успокоит мои нервы. Я беру чайный пакетик с кружкой и, подождав, пока чайник закипит, наливаю воду.

Взяв кружку, я подхватываю с дивана плед и выхожу на балкон. Там я сворачиваюсь калачиком в кресле-яйце, подношу кружку к губам и делаю глоток, глядя на городской пейзаж. Солнце только-только встает. Этот ритуал я повторяю каждое утро на протяжении последних нескольких недель. Сейчас начало января – месяца, который я обычно люблю. Учитывая, что сейчас каникулы в университете, и я обычно развлекаюсь на всю катушку. Путешествую. Вычеркиваю всякое дерьмо из своего списка желаний.

Однако с тех пор, как я выписалась из больницы, я не могу перестать думать о том, чего не могу вспомнить. У меня словно украли часть моей жизни. И меня не покидает чувство страха, что я забыла что-то чрезвычайно важное. Я миллион раз пыталась расспросить Шэр. Я знаю, что она что-то скрывает. Вижу это по ее лицу. Что странно. Потому что раньше мы никогда ничего не скрывали друг от друга. Если моя семья не хочет, чтобы я все вспомнила, то тут у меня два варианта: либо это что-то очень плохое, либо по-настоящему печальное.

Все СМИ замолчали о расследовании авиакатастрофы, все новостные статьи, к которым я пыталась получить доступ, были удалены, и я не могу найти никаких подробностей о других пассажирах самолета или даже о том, почему я вообще оказалась на нем.

Я подумывала о том, чтобы позвонить Бри Маккинли. Несколько раз я встречалась с ней на благотворительных вечерах. Не знаю, вспомнит ли она меня, но, возможно, сможет выяснить, почему я оказалась на одном из самолетов ее семьи. При этом я не хочу выглядеть какой-то сумасшедшей девицей, поэтому пока воздерживаюсь от такого варианта.