Чую, что собеседник малость запутался. Или вспоминал географию.

– А как же османы? Вы ведь собрались воевать с Блистательной Портой? – наконец спросил Карл, сделав знак, чтобы слуга наполнил его опустевший бокал.

Вообще, он достаточно интересный правитель. Взойдя на трон, юный король вроде не собирался воевать. Но сразу полез на Бранденбург и Данию, потеряв на время свои континентальные владения. Хотя войну вроде выиграл. При этом дела внутри страны шли плохо, и монарх провёл ряд реформ. Та же редукция [2] дала стране мощный толчок. Ещё Карл распустил риксдаг, вернув абсолютную монархию.

Кстати, забавные параллели. Я тоже ликвидировал Думу, но начинать редукцию даже не подумаю. Сейчас мне хватит власти казнить любого подданного, и бояре это скушают. Но стоит просто завести речь об отмене крепостного права – и меня убьют сразу же. Вот вам и разница между европейским и русским менталитетом.

Вернёмся к нашему герою. В общем, дома он навёл порядок, заодно начал развивать промышленность и торговлю. Хотя ливонское и эстляндское дворянство послало его лесом, отказавшись отдавать землю. Ещё и рижские торгаши не особо доверяют королю, ведь им приходилось отправлять в Стокгольм немалые налоги. При этом Карл больше развивает Сконе, чем Прибалтику. Да и в Бремене, одном из богатейших немецких городов, его больше терпят, чем рады шведскому подданству. Врагов и сложностей у моего собеседника хватает. Хотя он не самый плохой правитель и человек.

На европейских делах я и решил сыграть. Потому и вёл себя максимально откровенно. Надо ещё добавить, что Карл умудрился рассориться с Францией – своим главным спонсором. Только в империи Габсбургов его тоже не любят. Но насколько я знаю, континентальные владения для него крайне важны, и недавняя оккупация Штеттина оказалась для короля сродни пощёчине. Страна вроде укрепилась, и душа правителя требует реванша.

– А я никуда не спешу. Мы потихоньку очищаем степь и занимаем плодородные земли, которые заселяем. И османы не могут нам помешать, даже если завтра заключат мирное соглашение со Священной лигой. Так кого мне бояться? – играю словами, ещё более запутывая Карла.

Тот аж взопрел и немного ослабил жабо. На улице достаточно жарко, ещё и безветренно. Это у меня одежда удобная, а вот европейская мода весьма специфическая.

– Если Вена не предложит мне достаточно золота, то русские войска будут действовать по-прежнему. Но мы поддержим поляков и их вассалов провизией и порохом, – делаю паузу и сам пригубляю неплохое вино. – А теперь давайте обсудим, что произошло в империи два месяца назад.

После того как оторопевший Карл развёл руками, я продолжаю:

– В мае умер курфюрст Пфальца Карл II. Наследников у правителя нет. Зато есть сестра, выданная замуж на герцога Орлеанского. Вы же не будете спорить, что брат французского короля сейчас один из лучших полководцев Европы? – Король заворожено покачал головой. – Значит, начинаем считать. Австрия еле отбилась от магометан, Испания тоже влезла в эту войну. На троне в Англии сидит Яков II, лояльный Людовику XIV. Из действительно сильных государств остаётся Голландия, недавно разгромно проигравшая Франции и заключившая с ней весьма невыгодный мир. Теперь давайте подумаем, сколько времени понадобиться французам, чтобы собрать мощную армию, которая способна перейти Рейн и отхватить половину Священной Римской Империи, пока её властители опомнятся?

Тут в Карле проснулся полководец и стратег, хотя он больше хозяйственник, чем великий воин. Но начал рассуждать весьма эмоционально:

– Два года. У Парижа тоже не всё хорошо. Их финансы в расстройстве, мне ли не знать. Им придётся собирать войска и, конечно, припасы. В прошлую войну [3] , которую вы упомянули, они использовали Швецию, но больше обещали, чем платили. Знай я это, никогда бы не полез в Бранденбург, – пояснил разошедшийся собеседник. – Даже с учётом слабости приграничных государств, Людовику придётся выставить вторую армию против Голландии. У этих торгашей точно нет финансовых сложностей, и армию они соберут гораздо быстрее. Ещё и успеют переправить в помощь войска тех же бранденбуржцев.

Чувствуется, что Карл не любит предков основателей единой Германии. Это же замечательно!

– Получается, через два года в Европе начнётся новая война! – сделал вывод коллега. – И она перевернёт нынешнюю ситуацию с ног на голову. Ведь император не успеет добить магометан и будет вынужден заключить мир. Либо вдоль границы начнутся небольшие столкновения. Есть ещё поляки, чей король тоже намерен захватить земли султана. Я ведь слежу за происходящими событиями… Но как? – воскликнул Карл, заставив слугу вздрогнуть, но быстро махнул рукой, чтобы тот отошёл. – Вы колдун? Правду говорят, что вы обладаете необъяснимыми способностями? Мол, не может обычный человек совершить такие деяния. Значит, слова всего про десять лет мира между нашими странами – правда?

Я аж мысленно перекрестился. Весь мой план на тоненького и сплошной блеф. Расчёт был на импульсивность оппонента. Правда, я не думал, что сосед сделает такие выводы. Но поразить его удалось. Плохо, если он религиозный фанатик. Ещё удавят меня здесь от греха подальше или с благими намерениями. А ещё надо задуматься, что за мной начали серьёзно наблюдать в Европе. Придётся как-то шифроваться.

– Мне просто нравится арифметика и игра в шахматы. Если вы обладаете полной информацией, то достаточно легко делать верные выводы. Ведь сложившееся положение вполне просчитывается. Ну и Европа в последние годы так часто воюет, что поводом к конфликту может стать любое событие. К тому же Франции не нужно усиление империи, а значит, повод всё равно найдут.