Плохо было то, что нагрузка на нервную систему становилась колоссальной — злоупотреблять таким режимом не стоило, но в экстренной ситуации этим можно и пренебречь. Работая в паре с Гисс, мы формировали необходимые для улучшения контроля связи и отрабатывали создание новых типов псионических конструктов…

В общем, остаток дня я, аки зомби, просидел, не меняя позы, поглощенный медитацией. И только когда мой организм практически дошел до предела, я услышал нежный обеспокоенный голос.

— Всё, зайчик, дальше это пойдет тебе только во вред. Отдыхай, — не открывая глаз, я перетек в состояние «лежа» и вырубился.

Новый день и новый этап «квартальных игр». До точки сбора я добирался на флаере автоматического такси. Супердорогой сервис, но, словно специально, сбор был объявлен в центре космодрома, куда и транспортной капсулы еще добраться надо. Опасаясь, что меня могут перехватить на подступах, я попросил Раджа заказать мою «доставку». Перестраховывался, но паранойя она такая. Зная, что может случиться нечто нехорошее, начинаешь видеть опасность даже в случайных прохожих.

Объявление от организаторов, и нас снова загнали в шаттлы. В этот раз надо мной уже не глумились. Чаще я, конечно, ловил нейтральные взгляды, но некоторые даже уважительно кивали в приветствие. Впрочем, это, конечно же, не помешает им отправить меня на тот свет. Опрометчивых слов о предстоящих моей заднице приключениях в этот раз не было. Обещали сделать всё быстро и безболезненно — прогресс. Не всерьез, скорее подначивая. В долгу не оставался — отшучивался, обещая прихлопнуть всех разом, не сходя с места. Мне не верили. А зря.

На орбитальной верфи нас развели по «базам». Латте не угадала: в довольно просторной комнате было целых три двери. Однако все три до начала этапа запирались массивными раздвижными, как на космических кораблях, металлическими дверями. Выглядели они достаточно прочными, чтобы отбить желание в них ломиться. Открыться они должны только со стартом этапа. А судя по тому, как медленно они закрывались, грохнуть меня успеют раз десять.

В центре у стены стоял светящийся синим неоновым, голографическим светом столб. Тот самый терминал, прикоснувшись к которому можно захватить «флаг». А стоило створкам дверей сомкнуться окончательно, как на плечах собравшихся вспыхнули синие отличительные знаки синей команды. Одновременно пошел обратный отсчет. Пять минут, и бойня начнется. Двадцать шесть трекеров практически синхронно повернулись ко мне. Самая большая группа у нас была не случайно — один из бойцов в её составе должен скоропостижно скончаться.

Забиваться в угол я не стал. Сев посреди комнаты в позе лотоса, я начал готовится к схватке и перво-наперво возвел четырех сегментированный «щит». Обычно я использую равно направленный во все стороны — шар сверхплотного псионического поля. Такой защитный конструкт обеспечивает универсальную защиту и создается наиболее просто и быстро. Но обладает и недостатками.

Если противник атакует с одной стороны, куда эффективнее концентрировать энергию в области полусферы, удваивая её прочность. Если же закрыть только четвертую часть сектора в триста шестьдесят градусов — получишь, что логично, вчетверо большую плотность…

Таким щитом можно сдержать зал любого из представленного здесь оружия. Лучшим образом это бы сработало, забейся я в угол. Однако это не входило в мои планы — позиция в самом центре, в окружении противников, выбрана неслучайно — лишние метры могли сыграть со мной плохую шутку.

Энергия, которую я генерировал, равномерно разделялась между сегментами, лишая меня преимуществ в прочности. Бред? Да нифига! Питая каждый сегмент индивидуально, я мог точечно усиливать щит в том месте, где мне это больше требуется. И, наоборот, ослаблять, если не «чувствую» опасности. Своеобразная динамическая защита, что требовала в разы больше контроля, заставляя меня оперировать «пси» одновременно в четырех потоках, но кратно усиливая мой защитный потенциал.

Но самое главное, мы вместе с Гисс создавали дополнительные, напитанные запасами энергии конструкты. Десять, двадцать, тридцать, сорок… Десять для обороны, остальные для атаки… И теперь самое сложное! Третьим слоем я начал «вязать» псионические «лезвия». Миниатюрные, менее эффективные версии того устройства, что сейчас висит у меня на поясе, однако способные пронзить любой броник «Тек-1» ранга. Даже сверхтяжелые БК.

Массовое оружие сверх близкой дистанции. В любой другой ситуации проще было сделать подшаг и нанести удар «энергетическим мечом». Но когда у тебя есть достаточно времени, всё меняется. Противник не знает, на что я такое способен… Да что там противник, я сам еще не уверен в том, что всё получится…

Гисс контролировала процесс, страхуя меня от ошибок. Создавала конструкт и придавала мне, я насыщал его энергией и возвращал, оставляя лишь осуществляющую контроль «пуповину». Не самые стабильные конструкции, но уж на что горазд. Мозги и так кипят от перенапряжения.

— Ты гляди, скорлупкой покрылся. Ну что, мужики, как эту тушку делить будем? — парень в сверхтяжелом бронике поднял свою плазменную пушку, направив в мою сторону.

Не сомневался в том, что сможет пробить мою защиту. Наивный.

— Зачем делится? Пусть приз забирает самый удачливый, — ответил другой, в руках которого был знакомый мне по прошедшим испытаниям плазменный карабин.

По пробивной мощи тот даже посильней тяжелой пушки первого будет, но все равно с первого залпа не справится. Вооружение моих оппонентов не отличалось разнообразием — в основном та же плазма. Я видел гранаты и ракеты, чувствовал «запах» взрывчатки. Но пускать этот арсенал в ход здесь и сейчас равносильно самоубийству. В ход пойдет стрелковое оружие. Даже у самых легкобронированных нашлось кое-что убойное в арсенале.