— Лёх, не хочешь завтра со мной съездить к Андрею? — Спросил я, когда мы остались втроём с Женей.

— К Андрею?! — Удивился тот. — Зачем?

— Ну, тебя не напрягает, что он не заходит уже двадцать дней в игру?

— Да он и раньше как бы не особо часто в империю заходил. Возможно, репетирует или пишет новый альбом. Чего ты так волнуешься? — Алексей пожал плечами.

— Не знаю. Предчувствие нехорошее… — Проговорил задумчиво я. — Вдруг, он в больницу попал? Мы бы хоть навестили его…

— Даже если он и попал в больницу, то есть люди, которые его навестят. Не беспокойся.

— Значит, не поедешь? — Решил я не мусолить сиськи и спросить в лоб.

— Да я не вижу смысла переться в такую даль… И тебе не советую… — Отмахнулся Алексей.

«Ну, и хуй с тобой». — Подумал я. — «Хоть Андрей и редко заходит в игру, но он наш друг. Поэтому завтра я возьму и сгоняю к нему. Может, действительно, что случилось…»

* * *

В воскресенье я впервые надел лёгкую куртку, потому что температура поднялась до +10 градусов. На улице было так пиздато, что невозможно было поверить, что это март. Я шёл, весело насвистывая, и пускал шептуны, которых со вчерашнего вечера накопилось достаточно.

Уже сидя в автобусе, я подумал о том, что может Лёха был и прав. Сейчас я, как дурак, приеду к Андрею, а он там в говно убуханный или бабу какую-нибудь порет (возможно, свою сестру). В общем, типикал хикканское «а может не надо?» чуть не заставило меня выйти из автобуса. Но я упёрто поехал до конца, решив, что если Андрюха просто бухает или репетирует, скажу ему, что я приехал за своим огурцом, мол, жить без него не могу, и мы все весело посмеёмся.

Весенний район шинного завода был более приветлив, чем тогда, когда мы приехали мрачным зимним вечером. Правда, флешбеки я всё равно словил с той тусы и с расставания и повторно подумал о том, что зря сюда попёрся.

— Надеюсь, хоть пивом угостят за моё беспокойство… — Пробурчал недовольно я, когда подошёл к нужному подъезду.

Только я начал вспоминать, какой номер квартиры у Андрюхи, как дверь распахнулась и из неё выбежала какая-то маленькая девчонка. Она взглянула на меня своими ясными голубыми глазами, хихикнула и побежала дальше, а я же проскользнул в подъезд и стал подниматься на нужный этаж.

Дверь я вспомнил сразу и любезно позвонил в неё. В третий раз я ощутил, что зря беспокоился. Глупо это всё. Мы всё же с Андреем не такие уж и большие друганы, чтобы он мне докладывал о своих планах. Может, они с сестрой вообще отдыхать куда улетели?

Дверь открыла Регина. Такая же прекрасная, такая же сногсшибательная, только вот серьёзная и строгая. Оглядев меня своими красными глазами, она внезапно просияла:

— Макс?! Ты какими судьбами? Заходи!

— Я… эээ… — Я зашёл внутрь и понял, что не могу подобрать нужных слов. Пиздец, как же это всё глупо выглядело! — Я пришёл… поинтересоваться об Андрее.

— А… — Регина как-то странно отвела взгляд и замолчала. — Да, ты же не знаешь.

— Блять, только не говори, что он в больницу попал! И не тяни так, ты меня пугаешь!

— Умер он. — Регина вновь обратила на меня свои глаза, и мне показалось, что они стали менее красными, чем раньше.

— Блять, да не! Ты меня разыгрываешь! Этого не может быть! — Я смотрел в ахуе на сестру архангела, а она на меня.

— Сосулька ему череп продырявила. Ебаная весна началась слишком рано. Выпить хочешь? — И не дожидаясь ответа, девушка отправилась в комнату.

— Пог…годи… Серьёзно?! — Я прошёл следом за Региной и увидел, как та достала бутылку вискаря (определённого не того, что принёс когда-то я).

— Да, Макс. Как видишь, шутить у меня желания больше нет. — Девушка реально была очень серьёзной.

— Пиздец… — Я выдохнул. — Приношу соболезнования, что ли… А могу узнать, когда он умер?

— Второго марта. Стоял и курил у дома. Прям под крышей. Мудила…

— Бля, да ладно, о мёртвых либо хорошо, либо…

— Да я ж любя его «мудилой» называю. Ладно, чего нюни распускать уже? Держи! — Регина протянула мне бокал, наполовину наполненный вискарём.

— Спасибо. Я просто… в ахуе, честно говоря.

— А прикинь в каком я ахуе была! Хех. Ладно, не будем о плохом. Ты с девочкой-то своей помирился?

— Ты права. Давай, не будем о плохом. — Слабо улыбнулся я.

— Что ж… — Регина тяжело вздохнула и подняла бокал. — Тогда выпьем за ебаную любовь и конченный панк-рок.

— За любовь и панк-рок. — Кивнул я и опрокинул в себя бокал. — Господи, ебать, ну и пойло! Ебало всё обожгло! У тебя нет нового Стасика? Закусить охота!

— Аха-ха, Макс! Спасибо, рассмешил впервые за неделю! — Регина улыбнулась. — К счастью, Андрей не успел завести нового паука, иначе, я бы с ума сошла, оставшись с ним один на один.