— Не получается совмещать?

— Слишком много на себя взвалил. Не справляюсь.

— Это все не от количества обязанностей, а от неправильной организации рабочего процесса, Григорий Михайлович. Наверняка, бессистемно мечетесь, туша пожары на всех направлениях сразу. Отсюда и нервишки, и постоянная нехватка времени!

Ей, наверно, легко рассуждать. Когда не зайдешь, она читает художественную книгу и что-то жует. Хотя это как раз и может быть признаком того, что она правильно организовала работу подчиненных. И теперь имеет возможность не напрягаться.

А я и в реальной жизни по уши теперь в заботах. И по игровым вопросам натянул на себя даже не один, а несколько хомутов.

— Две недели на отработку! — заявление было принято и спрятано в стол. — Руководство о вашем желании я оповещу. За это время вам надо хорошо все обдумать.

Вышел, и как-то стало легче. Сейчас надо разгребать массив информации. Обед через полчаса.

Начинаю с несущественных вопросов.

Радже написал, что и сегодня я не стрелок. И в спортзале вечером, скорей всего, тоже не буду.

Шторму ответил, что могу только посочувствовать. Что-либо предложить, ввиду отсутствия опыта, не могу. Сразу добавил, что весь день буду занят. А то опять будет тянуть бухать с рассказами о нюансах гастрономии в мире некромантов.

Адвокату отписался, пообещав заскочить, как только окажусь в Квестхолле.

Остались риелтор, профессор и Тоня.

К Грачу надо ехать через свою квартиру, чтобы забрать предметы для оценки. Потом к Тоне, чтобы взять ее ценности, а заодно и поговорить с отцом, если он готов к этому общению.

Но начинаю со звонка Алёне. Она вся в заботах по подготовке отъезда. В отпуск собралась. Встреча у нотариуса в пять вечера.

У меня просто куча времени на решение других вопросов.

Медоед: Приготовь предметы на оценку. Буду в течение часа.

Сильва: Отец просил переговорить.

Медоед: Хорошо. Какой у него настрой?

Сильва: Ждет, когда мама уйдет, чтобы в квест отправиться! Море эмоций от вчерашнего похода! Спасибо тебе за идею и настойчивость! Цемки!

Медоед: Предметы для оценки собирай!

Мне эти «цёмки» ни к чему! Сначала невинные «цёмки». Потом «чмоки», где уже явно чувствуется присутствие слюны при засосе. А там и до «чпоки» совсем рядом. А оно мне надо?

На такси добрался домой.

Что я готов передать для оценки?

Как планировал, и саблю, и револьвер, затрофеенные мной в британском военном лагере. Сюда же арабская сабля, жемчужное ожерелье и шкатулка из слоновой кости, похищенные в выставочном салоне. Три монеты из Колизея. Пожалуй, попробую спихнуть и один из старинных пистолетов. Их у меня шесть! Выбрал самый хорошо сохранившийся экземпляр с кремниевым замком.

И все три шкатулки.

По шкатулкам возникла отличная мысль. Племянницы у меня уже не детки малые! На шестнадцатилетние нужно что-то особенное дарить. И игрушками я тут не отделаюсь. Как-никак, а родной дядя!

Покопавшись в шкатулке, выбрал жемчужный набор. Чёрный жемчуг с платиной. Бусы с кулоном, браслет и серьги. Девочки будут довольны.

Правда у родителей чуть позже возникнут вопросы по цене, и мне придется что-то сочинять, и врать не краснея. Подумав, убрал все шкатулки обратно в схрон.

А для первого раза на оценку и отобранного достаточно.

***

Тоня встретила меня на лестничной площадке.

— Мама еще дома, но скоро уйдет. Мы сказали, что ты с работы и хочешь проведать. И вот сразу возьми, — она протянула мне украшение. — Это колье. В гареме сперла у старшей жены. Ты не представляешь, сколько там было воплей! Перепороли всех евнухов!

Игорь Иванович выглядел также. Но мне показалось, что глаза у него стали другими. Более живыми.

И над ним теперь светился маркер с никнеймом Чак с тремя точками. До первого уровня ему еще далеко. Впрочем, это от его настойчивости зависит, и от удачи.

— Здравствуйте, Григорий! Сразу хочу поблагодарить. И за то, что дали мне надежду на выздоровление. И за новые знания. Не буду отнимать много времени рассказом о том, что со мной приключилось за той дверью. Как я теперь понимаю, у каждого Игрока там свои истории. Дочь сказала, что я могу быть вам чем-то полезен. Слушаю.

— Еще месяц назад я был обычным работягой, который свою зарплату делил на оплату коммуналки, продукты и чуточку на удовольствия. И еще просил руководство, чтобы, как сотруднику банка, сделали процент по кредитам чуток меньше.