— Ага, посмотрим, что тут. Половую жизнь давно ведёшь?

— Не веду. — пискнул я.

— Не ври мне! — женщина почему-то разозлилась. — Знаю я вас, оборвышей детдомовских! Уже лет с десяти по хуям скачете! А тебе уже четырнадцать и целка?!

— Но я и правда ни с кем не была!

— Да закройся уже, я сама посмотрю! — она вдруг взяла и довольно больно ударила меня по лобку ладонью.

— Ай! Что вы делаете?! — я даже дёрнулся, но попробуй быстро что-то сделай с задранными ногами.

— Что надо — то и делаю, шлюха! Сейчас посмотрю, какая ты тут целка! Ха-ха-ха! А если даже и так, то сегодня ты у меня станешь женщиной! Вот этот расширитель как раз подойдёт! — рыжая тварь взяла что-то, похожее металлическую трубу, и, пару раз клацнув им, попыталась ткнуть в меня им, как ножом.

— Да пошла ты! — я поджал к себе правую ногу, а потом резко распрямил её, ударяя по морде этой суки.

— Ааааа, шалава детдомовская, ты мне нос сломала! — слоном завопила тётка, вскакивая и зажимая рукой нос. Оттуда обильно текла кровь, особенно яркая на белом халате. — Убью мразь!

Она бросилась на меня, но я стёк с кресла, сверкнув голым задом. Гинекологиня врезалась в кресло всей своей тушей так, что болты креплений вырвало, и оно перевернулось! Буквально на четвереньках я метнулся вдоль стены, прячась за столом, а вопящий и плюющийся кровью бегемот мчался за мной, размахивая расширителем, как дубинкой. Снеся и стол, она почти настигла меня, когда я резко выпрямил ноги, врезаясь задом в бабу, схватил её за одежду и резко скрутился. Рыжая туша кувыркнулась и с гулким «Тумм!» рухнула на пол, растеряв весь свой задор.

Потом, конечно, меня долго ругали, угрожали полицией и тюрьмой, а гинекологиня трубно ревела, тыча пальцем то в меня, то в свой свёрнутый нос. Чтоб выкрутить из ситуации, пришлось проявить магический талант — мол, появился из-за стресса. Я планировал не показывать его до восемнадцати, но вот так получилось… С другой стороны, это мне помогло, графиня Меншикова меня заметила и взяла к себе. Как говорится, было бы счастье, но несчастье помогло.

Вот потому я и сейчас не горел желанием посещать местного гинеколога. Ещё и мужика.

— Не бойся, у здешнего гинеколога очень умелые и тёплые руки. — заметив мои колебания, успокоила меня баронета. — Правда, девочки?

— Да, он очень большой профессионал! — поддакнули подружки.

— Это успокаивает. Спасибо за совет.

— Ай, не стоит!

Поулыбавшись друг дружке, мы разошлись.

Я решил последовать совету. Если уж надо сделать что-то неприятное, то лучше сделать это побыстрее. Спросив у охранника, где тут медосмотры, направился по указанной дорожке. Вскоре среди деревьев показался аккуратный домик с крестом, бокалом и змеюкой. Зашел внутрь, там была крошечная регистратура с миловидной медсестрой и коридор с дверями, на них разные таблички.

— Здравствуйте. Я хотела бы показаться гинекологу.

— Добрый день. Хорошо, вы успели в последний момент! Карл Генрихович всего через полчаса уходит!

— Надо карточку заводить?

— О, нет-нет, вся база в электронном виде, просто покажите свой студенческий специалисту.

— Хорошо.

По указанию медсестры прошел к кабинету гинеколога. Постучался, дождался «входите».

— Я на осмотр. — я показал свой студенческий врачу — мужчине лет пятидесяти на вид, с благообразной бородкой и прямой спиной.

— Прекрасно! Ага, Александра… Меншикова… — он поклацал клавишами, слегка нахмурился. — У вас нет разрешения от семьи для осмотра. Сначала вам следует его получить, чтоб я мог с вами работать.

— Что? Разрешение?

— Конечно! Вы же дворянка? Все дворяне весьма щепетильны в подобном, девушки благородных семей осматривают в такой деликатной области только с разрешения семьи. Без разрешения я не смогу вас осмотреть!

— То есть медосмотр не обязателен? — я почувствовал, что краснею.

— Ну что вы! Только по желанию! Но многие его проходят, всё же тут два года учатся.

— Ппонятно. Простите. — развернувшись, я вышел из кабинета.

Меня развели, как дуру! А я купился на их улыбки и доброе отношение! Ведь знал же, что аристократы везде одинаковые! Но нет, показалось, что за пределами семьи Меншиковых может быть что-то иначе!

До общежития я шел насупленный и злой. И как на заказ встретил ту тройку, сидящую в беседке неподалёку.

— Ох, кто же это? — воскликнул нарочито удивлённый девичий голос.