– Миш, прости, я повела себя как эгоистичная сучка... Даже не выслушала...

– Я сказала столько гадостей, - мотаю головой, крепко обнимая ее в ответ.

– Ты была права, я позавидовала...

– Все равно я не должна была говорить тех ужасных слов!
– расстроенно восклицаю я.

Через минуту мы уже ревем в ее комнате. А когда слезы-сопли проходят, и мы успокаиваемся, я рассказываю ей все без прикрас. Всю правду про Савву.

– Так ты теперь у него будешь жить?
– впечатленная Ляля смотрит на меня горящими глазами, когда я заканчиваю рассказ.

– Да нет, только ночевать иногда...

– Ну да, ну да. Иногда, так и запишем. Буду стебать тебя этим "иногда".

– Ляля!

– Слушай, у меня такие мурашки от него пробежали, я чуть не скопытилась, когда он послал меня. Какой он в постели? Наверняка, жесткий.

– Э-м-м... Я думала, ты уже поняла это.

Само собой я не стала рассказывать ей интимные подробности, но в общих словах рассказала про преследование, принуждение в гардеробной, про угрозы стеклом и ножницами. Сначала Ляля слушала с неподдельным ужасом на лице, а потом ее понесло куда-то не в ту степь.

– Он так помешался на тебе, это любовь!
– с придыханием воскликнула она.

Мое лицо скривилась, как будто я проглотила лимон с кожурой.

– Не романтизируй этого ублюдка. Ляля, он псих, он не умеет любить. Просто у меня нет выбора. Пока что. Поэтому я просто смирилась и плыву по течению. В любом случае, как выяснилось, лучше трахаться с ним, чем бегать испуганной жертвой по канавам.

Ляля громко смеется, согласно кивая головой. Я терпеливо жду когда она успокоится, но ее смех уже добрался до фазы чайки, и она опять начинает хохотать.

– Да хорош ржать!
– пихаю ее в плечо.
– Совсем не смешно. Я не знаю что мне делать. Избавиться на данном этапе, кажется, не получится.

– Ты же сама сказала: лучше трахаться, чем убегать. По-моему, это правильное решение. У него большой?
– не удерживается подруга.

– Ляля, блин!

– Чтооо? Мне интересно, - хихикает она.
– Ну хотя бы намекни. М?

Она кивает подбородком на розовый баллончик дезодоранта.

Я уныло качаю головой и указываю подбородком на термос на ее тумбочке. У нее округляются глаза, и мы обе прыскаем со смеху. Мне так хорошо от того, что мы помирились, что я не нахожу ничего дурного, чтобы посплетничать про шизика.

Отсмеявшись, она говорит:

– Блин, так это же прекрасно! У тебя такое несчастное лицо, как будто катастрофа наступила. Он, что, не умеет им обращаться?

В памяти мгновенно всплывают пошлые картинки как он "не умеет" им пользоваться. Я стремительно краснею, фыркнув.

– Да все он умеет. Просто, блин... Я думала он меня порвет.

– Ой, я в свой первый раз вообще проревела. Ни разу еще не слышала, чтобы кому-то из девчонок понравилось, так что не драматизируй. В любом случае, теперь-то уж можешь наслаждаться. Не делай такое лицо, бесишь!

– Нормальное у меня лицо. Ты просто не теряешь надежды обелить его. Ты всегда была падкая на рост и внешность. А я-то знаю, какой он внутри гаденький.

– Это он подарил?
– Она вдруг внимательно смотрит на серьги, игнорируя мой выпад.
– Вау! Я знаю этот бренд!

– Да, отделалась малой кровью. Это серебро, я верну их ему потом. Когда все закончится.

Ведь однажды все закончится? Я опять вздыхаю.

Ляля почему-то смотрит на меня как на круглую дуру.

– Миш, на тебе платина, брюлики и натуральный жемчуг стоимостью почти в два ляма.

– Сколько?!
– ахаю я в шоке, уронив челюсть на пол от ее заявления.

– Вот смотри. Недавно в телеге попалась статья о новой коллекции. Я подписана тут на один фэшн-канал.
– Она быстро тычет в телефоне, показывая мне картинку. Так и есть, это мои серьги. Потом она выбивает сайт этого бренда и сует мне под нос стоимость этой пары сережек. То, что она и озвучила минутой ранее.

– Да нет, не может быть, - бормочу я, глядя на подругу в тихом ужасе.

– А твой сталкер неплох, - хмыкает она.
– Не думаю, что это подделка.

– Мы покупали вместе в бутике...

– Ну вот. Поздравляю, ты подцепила жирную рыбу.

– Ляль, я тебе тут полчаса рассказывала про его диагноз, а ты меня поздравляешь! Он явно не в себе!

– За такие подарки, - она крутит в руках мой телефон и хитро смотрит на меня.
– пусть хоть американский психопат.

– Господи, Ляля! Ты отвратительна!

– Да шучу-шучу. Он там, что, совсем ку-ку? Без шансов?

– Я не знаю... Иногда я могу с ним справится, даже шутить, испытывать желание. Страха нет. А иногда мне от него жутко, ощущение, что в эту секунду в нем какое-то зло просыпается.