Министр удалился.

Венцлав несколько мгновений задумчиво смотрел в одну точку.

— Да, ваше преосвященство, — пробормотал он, — вот так-то!

— Графиня, позвольте представить вам моего друга. Артур Каймон, маркиз Инсуэльский.

Маркиз коротко кивнул.

— Графиня Валерия Ла Карди… — продолжал герцог.

— Ну, если вы так официально, Владимир… то тогда уж не графиня, а Принцесса. Принцесса Крови.

— Чрезвычайно рад знакомству, — маркиз расплылся в улыбке.

— Охотно верю, — сказала графиня. — Прошу располагаться поудобнее. Быть может, желаете выпить?

— Нет, благодарю, — герцог занял кресло рядом с графиней.

— А я охотно бы выпил, — сообщил маркиз, усаживаясь.

Графиня сделала знак слуге.

Он исчез, но через мгновение появился с подносом. На подносе стояли три хрустальных бокала с золотистым вином.

— О-о-о, «Осенний цвет»! — маркиз проявил незаурядные знания в области вин. — Но не буду же я наслаждаться таким божественным напитком в одиночестве…

Графиня и герцог тоже пригубили вина.

— Вы, маркиз, надолго к нам прибыли? — поинтересовалась графиня.

— Пока что не решил, — ответил маркиз. — Я вообще очутился здесь случайно — проезжал мимо и заехал к герцогу в гости.

— Понятно. Ну и как вы находите здешние места?

— Дикий край, — сказал маркиз. — Никакой цивилизации. Не понимаю, чем здесь можно заниматься.

— А как же охота? — с легким удивлением спросил герцог. — Ведь вы страстный охотник.

— Охота здесь действительно должна быть хорошей — леса просто кишат дичью. Но я, честно говоря, привык охотиться в большой компании. Этакая грандиозная охота, которая плавно переходит в пир, — засмеялся он. — Здесь это вряд ли получится из-за отсутствия шумной компании приятелей.

— Тогда вам здесь не понравится, — холодно сказала графиня.

Маркиз ничего не ответил.

Молчание несколько затянулось и маркиз не выдержал.

— Сегодня прекрасная погода, — с натугой сказал он.

— Да, отличная тема для поддержки разговора… — ответила графиня.

Герцог кашлянул.

— Графиня пренебрегает условностями этикета, — извиняющим тоном произнес он. — Воспринимайте ее слова как шутку.

— Да я и сам пренебрегаю этикетом, — заявил маркиз, насмешливо поглядывая на графиню. — Помню, еще в детстве моя горячо любимая маменька частенько ругала меня за то, что я жрал варенье прямо из вазы, причем руками.

— Как неблагородно! — скривилась графиня.

— Но вполне естественно, — сказал маркиз. — А вы, графиня… то есть принцесса, очень цените в людях благородство?

— Что вы, маркиз! Я этого не говорила. У меня по поводу благородства свое суждение. Уж не знаю, совпадает ли оно с вашим, но с суждением Владимира, по крайней мере, не совпадает. В принципе.

— Интересно было бы услышать…

— Правда? Но, может быть, еще вина?

— С удовольствием!

Слуга наполнил бокал маркиза.

— Да, так о чем мы говорили? Ах, вспомнила: о благородстве. Ну, поскольку вышеупомянутое понятие состоит из нескольких частей, было бы уместнее рассмотреть их каждое в отдельности. Итак, что же такое есть благородство? Это высокая нравственность во-первых, самоотверженность во-вторых и честность в-третьих. Вы со мной согласны?

— Абсолютно, — развязно сказал маркиз.

— А по-моему, вы кое-что упускаете, Валерия, — заметил герцог. — Вы упускаете происхождение. Только чистокровная дворянская родословная гарантирует истинное благородство.

— Вам не кажется, Владимир, что вы путаете благородство как понятие с благородством происхождения?

— Гм, возможно, — согласился герцог. — Продолжайте, пожалуйста.

— Благородство — черта поведения, которая может проявляться независимо от происхождения. Ею может обладать и принц, и смерд, — пояснила графиня.

Маркиз насмешливо хмыкнул.

— Это что-то новое. Подумать только: «благородный смерд»! Но оригинально, несомненно оригинально.

— Оригинальность добавляет в жизнь разнообразия, не так ли? Но вернемся к составным частям благородства. Высокая нравственность. Каково происхождение нравственности, как вы думаете?

— Я думаю, нравственность — это миф, — небрежно произнес маркиз. — Люди любят мечтать о совершенстве, вот и придумали себе шаблоны, идеалы. Все говорят, что надо следовать высоким нравственным принципам, только не у всех выходит. Да оно и неудивительно — человек как был животным, так им и остается. А нравственность противоречит природе.