Я отключился лишь на мгновение. Ну, может на пару мгновений. Придя в себя, я понял, что всё ещё сижу у стены в конце тюремного блока. Как мешок с дерьмом, сброшенный с грузовика. Моя голова раскалывалась. Будто там устроили рейв-вечеринку без моего разрешения. Я немедленно применил исцеляющую магию на себя, после чего поднялся на ноги.

Я ничего не видел. И дело было не в том, что у меня глаза выбило. Мало того что тюремный блок был тёмным, так ударная волна, ударившая по мне, ещё и подняла в комнате пыль, создав этакую пылевую завесу, которая не позволяла что-то увидеть на расстоянии нескольких шагов. Как в песчаную бурю попал. Подняв руку, я попытался вызвать портал. Ничего не произошло. Ни хрена. Возвращение. Ноль реакции. Система сломалась, что ли?

– Не можешь сбежать? – Из пылевого тумана раздался знакомый женский голос.

Охренеть. Алисия?

– Это интересный магический артефакт, обнаруженный в Зеркальном Лабиринте, – продолжила она тоном экскурсовода. – Он обладает сходными с подземельем свойствами. Если быть точнее – он создаёт поле, не дающее людям покинуть его магическим способом. Твоя душа тоже не сможет сбежать, поэтому, умерев здесь, ты умрёшь навсегда. Удобная штука, правда? В итоге это изменит ход войны, наконец завершив все эти мелкие конфликты.

Я просто не мог поверить, что эти слова раздаются из уст Алисии. Та самая милая, стеснительная инструкторша? Я думал, что она добрая, застенчивая женщина. Которая краснела от комплиментов. Впрочем, такой она и была – лидер группы Покорителей Подземелий «Падшие Титаны». Сейчас со мной говорил верный своей нации генерал. Профессиональная шизофрения.

Естественно, всё здесь работало не так же, как в подземелье. Благословения позволяли мне сбегать из подземелий с помощью магии. Читерские способности для читера. Но в этом и была загвоздка. Оно было рассчитано именно на подземелья. Здесь же… это было нечто другое. Лазейка в системе. Этого было достаточно, чтобы моё благословение было бесполезным.

Как бы ни были сильны мои благословения, они не были сильнее проклятий подземелий, легенды которых я завершил, и, стоит признать, пока что я одолевал только слабые проклятья. Детский сад по сравнению с настоящими подземельями. Мощные артефакты и уникальная магия Великих Подземелий всегда будет сильнее этих благословений. Реальность – сука.

– Так ты хочешь… убивать людей? – Из-за пыли и отбитых внутренностей мой голос был хриплым, и, как я мог понять, Алисия не могла его узнать.

– Я хочу спасти людей, – поправила она с праведным пылом. – Это называется сдерживающим фактором. Как ядерное оружие, только магическое. Стоит людям начать уважать человеческие жизни, и они сразу перестанут тратить так много времени на эти мелочные ссоры и примутся работать, пытаясь избавиться от истинной угрозы! Они боятся подземелий, потому что те заставляют их рисковать жизнями. Поэтому они просто их игнорируют, вместо этого тратя время на глупые стычки. Я покажу им такую же страшную войну и её последствия, и это позволит наконец создать альянс и одолеть подземелья.

Логика уровня "убьём всех ради мира". Гениально.

– Один артефакт не изменит мир, – я закашлялся, выплёвывая пыль.

– Ты прав. К сожалению, топливо для этого артефакта можно найти лишь в Зеркальном Лабиринте, и его стоимость высока. Дороже, чем ты можешь себе представить. Поэтому я и провела последний месяц в сборе достаточного количества оного. Весело было, ага. Мы договорились с Джеспайном о привлечении некоторых магических исследователей. Умные ребята, но зануды. Как только они перепроектируют чары, Ост Республика сможет покрыть этот мир ограничительным барьером и сделать смерть по-настоящему важной.

– Вы станете причиной миллионов смертей! – выкрикнул я.

– И спасём мир! – провозгласила она с фанатизмом сектанта.

Теперь я мог различить её высокую фигуру в пыли. Внушительная, надо признать.

– И ты считаешь, что руководство Ост Республики, ваши политики… они будут довольны тем, что теперь все играют красиво? Они воспользуются этим, чтобы завоевать мир!

Политики везде одинаковые, блядь.

– Нет! Мы просто хотим мира! Это Аберис подтолкнул нас к этому! Моя страна – не такие люди.

– Ты просто наивная идеалистка! – я почти рассмеялся от абсурдности. – Может, пора понять, что это так не работает? Почему ты рассказываешь мне всё это?

Серьёзно, зачем палить план перед врагом? Мой голос постепенно восстанавливался, а Алисия шла ко мне всё медленнее и медленнее. Драматичная походка.

– Потому что… я хочу, чтобы ты понял, почему вы должны умереть. Почему я должна убить вашего генерала, которому вы пытаетесь помочь сбежать. Он знает слишком много. Почему я должна убивать всех, кого ты привёл с собой, даже тех бессознательных солдат, которых мы поймали в ловушку. Ты хорошо справился, солдат, ты смог добраться до этого места. Жаль только, что ты умер без толковой причины.

Типичная злодейская речь. Только кто тут злодей? В итоге мы с Алисией просто не понимали друг друга. Она не была злой. Просто долбанутой идеалисткой. Она вела себя вежливо, и я верил тому, что она говорила. Она даже сожалела, что должна была убить меня. Я чувствовал, что её сердце переполнено болью. Эта война делала ей хуже. Ломала её. Сколько раз она смотрела на то, как умирают люди, о которых она заботится? Сколько из них достигли точки, когда их умы просто начинали ломаться? Война – дерьмо.