Событие седьмое

После Анны у Анастасии и Ивана родилась дочь Мария. Умрёт она в реальной истории не дожив, кажется, и до девяти месяцев? И причина смерти не известна. Если бы сразу умерла, то можно было бы на роды грешить, но нет, ведь девять месяцев прошло. К ней в 1551 году Юрий Васильевич приставил ещё одну школьницу из дворянок — сестру Егорки Коноплёва. На год она его младше. Эта успела отучиться целых четыре года и наверное… да почему наверное — она точна самая образованная девушка в России и, вот тут, наверное, и во всём мире. Нигде кроме России пока девиц не учат.

Тут ещё один аспект интересный есть. Она же сестра Егорки, а он сейчас ростом почти два метра. Девка пониже, но метр восемьдесят в ней точно есть. И она четыре года не только училась, но и физкультурой занималась. Рядом с худосочной и низенькой, в полтора метра ростом, царицы Анастасии Ефросиния Коноплёва смотрится гигантом просто.

— Гигиена! Гигиена! И закалка! Но сквозняков, чтобы не было. И за кормилицей смотри. Чтобы она грязь не занесла. Мойте там её каждый день. И всякие прыщики на ней разыскивайте. Она, конечно, привита. И оспой заболеть не может… Блин! Заболеть не может, а вот передать вполне. Ну минимальное количество контактов чтобы у неё было. Пусть по двору гуляет одна и в людской не сидит. Особенно с теми, кто на рынок ездит, и, вообще, в город часто наведывается.

Юрий Васильевич Марфе Зайцевой и Ефросинье Коноплёвой, выдал очередную вводную, отправил их на половину царицы, а сам задумался. Он решил детей прививать с пятилетнего возраста. Правильно ли? Во сколько лет в СССР прививки делали? Ну, у кого спросишь? У самого Артемия Васильевича на плече была оспина, след прививки, и детям его ставили, но это настолько обыденное дело в СССР было, что и не закрепилось в памяти. И ведь не одну прививку делали. Нет, не медик. Пока оспы хватит.

И ничего страшного с обеими девочками до сих пор не случилось. Живы, бывает болеют, зубы резались уже у обоих, температура поднимались. Бывает и простывали, но вовремя начатое лечение и главное — правильное, беду предотвращало.

А в октябре 1552 года родился у Ивана сын Димитрий. Катавасии в Думе из-за болезни Ивана свет Васильевича после взятия Казани в этот раз не было. Не надо было никому присягу принимать и даже сразу наследником Дмитрия не объявили. Вот год стукнет, тогда… Страховался братик Иван, помнил как заболела Анна, боялся бога прогневать спешкою. Юрию всё равно было. Он царством править не собирался, просто времени на это нет. Ему это царство вперёд пинками подгонять, не до обрядов и нудных заседаний Думы.

И ведь этот царь — мать его за ногу, сучонок дебильный, и в этот раз решил с женою и сыном на Волгу на лодьях прокатиться. К этому времени Юрий вырос уже выше брата и весил раза в полтора больше, и это не жир был, а мышцы, он ему, услышав такое, подзатыльник зарядил братский и сказал, что в Литву нахрен уедет, если тот дурить не бросит. Сиди в Москве, мол, и занимайся созданием и обучением войска, реформы Земские проводи. Бояр зажимай. Пытайся Табель о рангах через боярскую Думу протащить. Запрети Местничество. Спишись со всеми правителями и ближними, и дальними и попроси у них, учёных, книгопечатников, литейщиков, архитекторов.

— Делом займись, брате! И прекрати пытаться детей своих убить. Точно уеду в Литву, ещё один фортель выкинешь. Фортель? Дурость! Устрой вместо этого похода дебильного поход с полком стрельцов до Перемышля. На скорость, чтобы проблемы сейчас вылезли, а не когда нужда будет срочно его туда навстречу татаровьям посылать. Объяви прямо сейчас тревогу, дескать, беда, братцы, гонец прискакал, татаровья подходят к Перемышлю, срочно выступаем. И? И чего ты на меня ланью подстреленной смотришь?! Это учёба такая. Узнаешь, чего и кому не хватает, и как они службу несут за приличные деньги.

Давно это было. Теперь в апреле 1555 года у Ивана свет Васильевича ещё один парубок народился. В смысле не в апреле народился, народился он в конце марта прошлого года и вчера подняли чарки за юбилей. Год и один месяц стукнуло пацану. Тому самому Ивану Ивановичу, который Грозный на картине убивает.

Вообще, что-то не так с маманькой у него с Иваном, с Еленой Глинской. Какую-то хворь генетическую она в семейство подбросила.

Факты вещь упрямая и они говорят, что хреновая у него и Ванечки наследственность. А вот у отца всё нормально было, и братьев с сёстрами куча. А он — глухой, а Иван холерик конченный и неврастеник. В буйство легко больно впадает. Говорит-то всё разумно, спорить любит по всяким богословским темам, память очень хорошая, если вообще не феноменальная, и при этом не может на деле одном сосредоточиться, всё куда-то бежать надо. Лучше бы с ним по утрам бегал, тело закалял, подтягивался, полосу препятствий проходил. Но нет, несколько раз пробежал, мышцы забил и дела теперь у него. Некогда. Хлызда.

Дальше если считать? Ну, про старшего Димитрия ничего не известно. Утопил папашка — путешественник. Водоплавающий! Иван? У Ивана Ивановича было в Реале три жены и не было детей. Чего вдруг-то?! И умер непонятно от чего. Переломов ведь в башке не нашли, гробницу вскрыв. Повышенное содержание тяжёлых металлов в костях нашли, могли отравить? Или от сифилиса ртутными мазями лечился. Ну, в этот раз шалишь. Воспитаем как положено.

Ещё дальше пока не родившийся Фёдор. Болезненный, маленький и толстенький человек у дрыща за метр восемьдесят и живчика Ивана. С чего бы? И проблема опять с деторождением. В 1575 году женится и только 1592 родится дочь Феодосия. Которая умрёт в два года. Все в воспоминаниях и наши и иностранцы слабоумным и юродивым называют. Ну, правда, он кучу очень важных городов повелел основать. Если это он, а не Годунов.