Орлиные когти вновь выскочили из пазов ботинок и я тут же ударил даже не вставая. Острые как бритва они разорвали ему икроножные мышцы и выродок упал. Кувырок и я уже на ногах, а из моих перчаток торчат шипы.

На платформе шёл бой. Бойцы Канцелярии убивали всех. Твари, культисты, наемники — им было плевать. Они выполняли приказ. А в этом хаосе сражался Мэй Лин.

— Во имя пяти драконов! Смерть! Смерть! Смерть! — Раз за разом вырвался боевой клич штурмовиков.

Фушэ медленно встал. Я видел как его раны начинают зарастать.

Он выпрямился, изгибаясь, как насекомое, вылезающие из собственного панциря. Его вены начали пульсировать искаженной эссенцией. Я чувствовал эту пульсацию, ведь она пела и в моих жилах.

— Ты не остановишь это, Фэн Лао, — прорычал он. — Даже если убьёшь меня — Мать уже смотрит сюда.

— Сдохни. — Я сорвался в безумную атаку. Когти на руках и ногах мелькали как молнии. Черная кровь выродка летела повсюду, но в следующий миг я уже врезался в каменный столб отброшенный его ударом.

Фушэ взвыл — не от боли, от восторга. Его тело было рассечено множеством глубоких ран, которые уже начали зарастать пульсирующей демонической плотью.

— Узри истинный дар Матери Изменений, глупец! — рявкнул он, вскинув руки. Золотые цепи сорвались с земли, хлестнув, как кнуты. Но слишком медленно.

Тот кто полагается лишь на магию — глуп!

Я рванулся вперед, и ветер — мой старый союзник — подхватил меня, ускорил, сделал почти невесомым. Фушэ снова хлестнул золотыми цепями, но я уже был рядом.

На полной скорости когти перчатки вспороли ему брюхо и следом грудную клетку. Ребра хрустнули как гнилая солома. Разворот и нога с размаху бьет ему в голову отбрасывая в колонну. Камень застонал, будто живой.

— Неужели сдох? — Нет, эта тварь оказалась слишком живучей. Он поднялся.

Кости скрипели, выпрямляясь. Из сломанных рёбер выползали черные щупальца, из спины рвались шипы, изгибаясь, как голодные змеи. Его глаза — те, что еще минуту назад смотрели на меня с безумием и яростью, — теперь были пусты. Только золотой свет мерцал в глазницах.

— ДА! — его голос ударил мне в грудь, как молот. — ЕЩЁ!

Он не просто жив. Он становится сильнее.

Мои губы искривились в усмешке.

— Ладно, — прошептал я ветру. — Давай закончим это.

Потому что если он хочет больше — он это получит. Посеявший ветер — пожнет бурю.

Мир замер на мгновение — и начал двигаться с другой скоростью. Ветер смеялся вместе со мной. А я атаковал вновь и вновь.

Каждый шаг — удар грома. Каждый разворот — как порыв ветра, рассеивающий туман. Я вновь был Тянь Фэнбао Небесным штормом очищающим мир от искажения.

Фушэ ударил, одновременно всеми своими щупальцами, шипами, взрывами искаженной энергии.

Но меня вел ветер. Ничто его не удержит. Я скользил между его атаками, такими медленными. Мое тело сверкало от молний танцующих вместе со мной.

Удар. Когти ломают ребра и рвут на куски гнилое сердце ублюдка. Уход от атаки. Разворот и вторая рука вырывает горло. Танцующее движение и я за его спиной. Лезвия, что крошат камень проламывают затылок.

Я рвал выродка на части. Как дикий зверь, как песчаный ураган, что снимает плоть с костей. Я не останавливался пока от Фушэ не осталась лишь трясущаяся масса плоти и скверны.

И даже тогда Фушэ хрипел, улыбаясь сквозь окровавленные зубы:

— Ты опоздал… Она уже здесь… Твой старик не смог нас остановить… Не сможешь и ты…

— Во имя твое наставник.

Боль от потери затмила мне разум и не знаю как, но я выпустил всю оставшуюся эссенцию в одном лишь желании уничтожить выродка.

И небеса мне ответили. Ветвистая молния, словно копье ударила с затянутых тучами небес. Вспышка света. И оглушающий грохот грома, будто само небо упало на землю. На мгновение звуки стихли. А потом — ударная волна.

Каменные плиты сорвало с креплений. Цепи рухнули. И нечестивая статуя упала окончательно разорвав связь с Искажением, а в моей голове зазвучал уже знакомый голос:

— Отличная работа, потомок. Мнемопакет активирован…

Голова болела так будто на моем черепе хорошенько попрыгала уличная банда. Сознание возвращалось рывками. Я с трудом разлепил глаза и первое, что я увидел это луна. Большая, прекрасная луна.

Все плыло, но сквозь боль я сумел повернуть голову и ужаснулся от увиденного. Каменная платформа, на которой мы сражались была в просто ужасном состоянии. Проломенные парапеты, трещины в плитах. Кругом смердящие останки тварей искажения и трупы культистов. А над всем эти друг напротив друга стоят два отряда.