С Ираном отношения налажены. Скоро начнем строить газопровод. Через них удалось выйти на правящий клан Кувейта и договориться об экономическом сотрудничестве. Черт, а ведь если полыхнет дальше, то начнут расти цены на нефть! Надо бы по итогам войны подбить арабов на бойкот. Это спровоцирует топливный кризис. В том мире такое случилось в семидесятые. Через прокси мы добавим огонька в оманской гражданской войне. И это полностью поломает международную обстановку. Я медлю. Шаг рискованный. Мы несколько лет готовимся к нему, но слишком много на кону. Это же война с теми, кто всегда стоит за кулисами.

Пакистан взорвать изнутри не удалось, военные там милосердием к собственному населению не страдают. Мятежи подавляют со всей жестокостью Востока. Но их режим мы изрядно пошатнули. Буду шатать трубу дальше. От сотрудничества с Индией мы получаем огромный профит. Пусть и в виде бартера. Заодно имеем там верного союзника и долговременного покупателя вооружений. Бангладеш скоро станет вторым поставщиком хлопка, а также фруктов. Нам также есть, что туда поставлять.

Юго-Восточная Азия пока в огне. Вьетнам, Лаос, Камбоджа. Таиланд нам скорее враждебен, с Малайзией пока не удалось договориться. В Индонезии хаос. Честно, не знаю, с какой стороны там подступиться. Но что-то решать необходимо. Но не сегодня.

Дача «Заречье-6»

Распорядился, чтобы меня беспокоили только по самым важным вопросам, и пока задумчиво перелистываю аналитические материалы «Информационщиков». Молодцы ребята, отличные прогнозы выдали. Правда, удивились моему запросу. Но что радует: уже есть команда! Молодые, амбициозные. Даже прошлые мудаки типа Бовина после пинков в правильном направлении начинают «думать». В принципе всем умным людям нравится, когда их умные мысли кому-то пригождаются.

Беру телефон и набираю Питовранова. У того есть «Алтай-4», он всегда на проводе.

— Слушаю, Леонид Ильич.

— Вот что, друг любезный, начинай операцию «Биржа».

На том конце провода чуть не поперхнулись о неожиданности. Затем тихо спрашивают:

— Точно?

— Досрочно! Действуй сообразно обстановке. А она вскоре будет горячей! Выведи лишних людей оттуда, чтобы не оставлять концов. Действовать только через посредников.

— Вас понял, товарищ Брежнев. Начинаем операцию.

Кладу трубку и ощущаю, как холодок проскакивает по спине. Жребий брошен! Следующий ход за ними.

Информация для размышления:

Вячеслав Матузов:

Мой рабочий день начинался в 9 утра. Первые 2–3 часа я читал шифротелеграммы в специальной комнате. Мне выносили все, что касалось моей тематики, из ГРУ, Генштаба, МИД и КГБ. В каждом посольстве ведомства имели своих шифровальщиков. Люди работали высокопрофессиональные.

Я с 1974 по 1988 год занимался Ливаном. В эти годы там шла гражданская война, и в ее эпицентре оказались те партии, с которыми КПСС сотрудничала. Например, Ливанская коммунистическая партия, Прогрессивно-социалистическая партия во главе с Камалем Джумблатом, а после 1977 года — во главе с его сыном Валидом Джумблатом. Плюс в зону моей ответственности входили отношения с палестинскими партиями. С Ясиром Арафатом и другими политиками, входящими в Организацию освобождения Палестины (ООП).

КПСС часто обвиняли в поддержке террористов, но это неправда. Мы жестко соблюдали грань между террористами и национально-патриотическими силами, которые боролись против империализма. Если малейшая палестинская организация была замечена в вооруженных акциях против гражданского (мирного) населения, она автоматически выводилась не только за рамки оказания помощи, а вообще за рамки контактов. Таких организаций было много.

Были и те, кто обещали СССР отказаться от террористических методов. В частности, мы приняли извинения и заверения руководства Народного фронта освобождения Палестины в лице Жоржа Хабаша, что они никогда не будут заниматься террористической деятельностью. После чего им были выделены стипендии на обучение в советских учебных заведениях. Помню, как у членов Политбюро брови взлетели наверх, когда среди студентов Университета дружбы народов оказалась Лейла Халед. Тогда было принято решение перевести ее в Киевский медицинский институт. Прошлые теракты, осуществленные Народным фронтом, влияли на климат отношений СССР с этой организацией. Однако их представитель Абу Али Мустафа был членом исполкома ООП, как и Махмуд Аббас от «Фатха». Мы относились к фронту как к составной части ООП, но внимательно следили, чтобы не было рецидивов терроризма.

Отношения с коммунистическими партиями осуществлялись через Комитет солидарности, влиятельнейшую по тем временам организацию. К сожалению, сейчас мы не видим такие общественные организации, которые бы служили боковыми структурами и дополняли дипломатические ведомства. Роль общественности в современной России сведена к непонятным встречам во Владимире и на Селигере. Это беда.

У нас в Международном отделе работа велась на серьезном уровне. Достаточно сказать, что таджикский писатель Мирзо Турсун-заде был руководителем Комитета солидарности. А реальную работу вел Александр Дзасохов. У Дзасохова были ответственные за разные направления: один — за арабское, а другой — за африканское. При нем был и ответственный секретарь по общим вопросам. В разные времена там работали разные люди. Работа на земле осуществлялась через структурированный аппарат, в котором были представлены все ведомства. Это позволяло людям, которые находились на партийной верхушке, осматриваться и определять общее направление.

Ведь если отдать все представителям КГБ, ГРУ или людям с общим образованием, не имеющим к ним отношения, система бы не смогла работать эффективно. Нужна была выверенная политическая линия. Поэтому у нас был сектор по работе с общественными организациями. Один человек в нем отвечал за Комитет солидарности, другой — за Комитет мира и т.д. Все было структурировано.

Глава 15

11 июня 1967 года. Берлин. Победная поступь!

В Берлин я вступал, как победитель. Наконец-то, первая стратегическая победа за время моего форс-мажорного «пришествия» в эту реальность. Честно, уже не ожидал, но события внезапно так сложились, что американцам пришлось пойти на попятную. Мы еле смогли погасить нарастающий конфликт в Северной Вьетнаме. Несанкционированная бомбардировка Хайфона обошлась Союзу в три торговых судна и разведывательный корабль. Погибли наши люди. В дело крепко встряли китайцы, утверждающие, что американцы намеренно бомбили их позиции и сбили несколько самолетов. Атака китайских ракетных «Москитов», в свою очередь, привела к потоплению американского крейсера из конвоя АУГ. Плюс подбитый «Фантом» неудачно приземлился на «Энтерпрайз», послужив причиной пожара. Авианосец пришлось выводить на ремонт.