— Итак, Виктор Шортон… — протянул Аскольд, внимательно следя за каждым моим движением.

Я склонил голову на бок, не считая необходимым тянуться по струнке перед молодым министром. Мы не на плацу, и он мне не командир. С минуту мы смотрели друг на друга, не разрывая зрительного контакта. Едва ли это была дуэль взглядов, скорее, оценка противника. В конце концов, Лаян тонко улыбнулся и сделал приглашающий жест:

— Присаживайся. И расскажи все, что знаешь о Горуме Лосте.

Я благодарно кивнул и, свободно расположившись в гостевом кресле, коротко пересказал историю знакомства с Горумом и его дебильные и опасные выходки. Точнее те, о которых я знаю.

Лаян слушал внимательно, задумчиво покручивая писчее стило в пальцах, и кивал в такт рассказу. А когда я закончил вдруг спросил:

— А что на счет Викрама Лурона?

— Не понимаю ваш вопрос, — ответил я с самым невозмутимым видом.

— Прекрасно понимаешь, — произнес Аскольд. — Эти двое имеют… имели между собой некоторую договоренность. Один из них должен был помочь другому получить кубок. Но второй решил перестраховаться, уверенный, что простыми методами сильного конкурента в лице тебя и твоей команды просто так убрать из турнирной сетки. Горум Лост действительно сам не проносил настоящее оружие на полигон. Но у него уже был опыт поножовщины с вашей командой, и это играет не в его пользу. А пронесенное оружие было нацелено не на вашего стрелка или конкретно тебя, а на любого игрока втоей команды… В аэрене бьют так, как в реальной жизни убивают. То, что девушка отделалась царапиной — невероятное везение.

Я смотрел в темно-зеленые глаза мужчины и молчал. Все и так было очевидно, и желания как-то комментировать сказанное я не испытывал. Лаян же рассматривал на меня пристальным, немигающим взглядом и, казалось, пытался залезть в голову.

— Ставки в аэрене всегда высоки — это идеальный трамплин для карьеры и успешной жизни, — медленно произнес мужчина. — Но в твоем случае от победы или поражения зависит все.

— Вы предлагаете снять команду с турнира? — прямо спросил я.

— А ты бы снял? — склонил голову на бок Лаян.

— А это поможет? — приподнял я бровь.

Мужчина усмехнулся:

— Ну, учитывая твою ситуацию — вряд ли… Твой отец найдет, как вас стравить. Не аэрен, так уличная потасовка. Здесь мы хотя бы можем контролировать ситуацию.

Я молча кивнул. Лаян окинул меня еще одним задумчивым, оценивающим взглядом и произнес:

— Что ж, иди. О результатах расследования тебя уведомят. И раз уж хватило мозгов взять девчонку в команду, смотри, чтобы ничего дурного не произошло. Я за нее лично с тебя спущу шкуру, не посмотрю на то, какая она родовитая. Император будет очень недоволен, если в мероприятии от его имени произойдет какой-нибудь прецедент с девицей.

Я снова кивнул и вышел из кабинета министра. Все было предельно логично: если на матче по аэрену что-то произойдет с девушкой-игроком, не с Алексией — с любой другой, разразится невероятный скандал. Блюстители чистоты императорского имени будут настаивать на том, что аэрен — не женское дело, а борцы за равноправие начнут обвинять первый в ущемлении всего на свете.

И в конечно счете никому не хочется попасть под высочайшую раздачу за то, что юбка просочилась на полигон.

Но всю дорогу до академии я думал не об этом, а о своем собеседнике.

Меня не покидало странное ощущение — почему Аскольд Лаян кажется мне неуловимо знакомым?

???????????????????????????

Финальный том! Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить проды!

Алексия

Когда Виктор вернулся, я нажарила уже такую стопку блинов, что можно было накормить не одну, а три команды по аэрену. И стоило капитану подняться на этаж столовой, как все накинулись на него с вопросами:

— Ну?

— Как?

— Что сказал?

Я же просто наткнула кубик масла на острие ножа и принялась увлеченно смазывать последний блинчик, как будто происходящее меня не касается вовсе.

— Рассказывай! — громыхнул Микаэль. — Лекси, хватит топтаться у плиты, иди сюда новости слушать!

— Угу, — отозвалась я и, глубоко вздохнув, и прихватив стопку блинов, присоединилась к ребятам за столом.

— Они его посадят? — задал Эгилл вопрос, волнующий всех.

— Лаян пока не решил, что делать с Горумом, — ответил Виктор, устало откинувшись на спинку стула. — По всему выходит, что тот действительно не знал, что оружие подменено.

— Ну да, конечно, — презрительно фыркнул Микаэль.

— Сам посуди, какой ему резон так подставлять? — сурово произнес Виктор.

Разговор этот на самом деле проходил уже не в первый раз за последние дни. Микаэлю застилала глаза банальная ненависть к Горуму, и он не в силах был услышать логичные аргументы. Да и остальным, честно говоря, не было особого дела до того, виновен или нет сын изменника. Они просто хотели чьей-то крови из бнального чувства мести за меня.

Я тихонечко вздохнула. Если эти парни хотят открутить Горуму голову, представляю, как тяжело Аскольду и Ашеру не сделать это по-настоящему.