— И к чему это привело? — Я тяжело вздохнул — Из этих неподготовленных погибла половина!

— Не драматизируй Иссидор Константинович — Арсений положил мне руку на плечо — То были молодые гражданские, жизни не видевшие, а тут у тебя кадровые военные моряки. Выбора у тебя всё равно нет, других, более достойных кандидатов тебе в Копенгагене не найти. Доберем ещё нижних чинов со «Стрелы», приедут твои братья Гросс, еще пару человек из состава посольства тебе подберем, и всё, времени ждать больше нет. Бери их в команду!

— Эта ваша «Стрела», она что, совсем без экипажа тут останется? — Вопрос я задал риторический, мне честно говоря было не интересно, я просто тянул время чтобы хоть немного всё обдумать — Ведь большинство офицеров в поход уходит, не может же их там быть много, нижних чинов мы тоже порядком заберем…

— Как бы она тут совсем не осталась, навечно — Погрустнел Корнеев — Нужен капитальный ремонт, в другой порт мы не дойдём, а денег на ремонт в Дании нам не выделили. Решается вопрос о снятии вооружения и продажи корабля на металлолом.

— Понятно… — Я с жалостью посмотрел на мужиков, сейчас от меня зависела их судьба.

Участь экипажа корабля, застрявшего непонятно на сколько в иностранном порту, когда и корабль бросить нельзя, и уйти на нем невозможно — незавидна. Они годами могут тут торчать, пока начальство в раздумьях чешет голову ложкой с черной икрой, думая, что с ними делать. Вроде корабль боевой, числится в составе флота, а на деле это жалкая развалина, которая держится на плаву благодаря помёту чаек! Но на бумаге же есть грозный авизо с двумя батареями на борту? Есть! А значит и финансирование на его содержание министерство выделяет! И это хорошо! Для чиновников… Раз не плавает корабль, то деньги ему и не нужны особо, их на другие цели пустить можно, а кораблик не утонет, он возле берега причален! А то что на этой ржавой железяке экипаж в адских условиях живет, так на то они и военные, чтобы тяготы и лишения терпеть!

Для мужиков поход со мной — это шанс вырваться из этого порочного круга, оказаться на родине через год в статусе полярных исследователей, что хорошо скажется на карьере. Может и звания с наградами им дадут, тогда вообще ништяк!

Их я понимаю, а вот мне чего с ними делать?!

— Ладно! — Выбор у меня действительно был не велик — Вы приняты в состав экспедиции! Контракты подпишите в канцелярии посольства. С завтрашнего дня приступаете к работе. Ровно в восемь утра жду всех на пятом причале, возле судна «Единорог». Сразу предупреждаю, мне нужна железная дисциплина! Мои приказы для вас — всё равно что приказы вашего командира корабля! Не обсуждаются, и выполняются максимально быстро и с надлежащим старанием! На работе не пить, в экспедиции, во время зимовки — сухой закон! За малейшее неподчинение, или за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения — отчисление из отряда! Не смею вас больше задерживать господа!

Моряки дружно козырнули мне, и молча покинули банкетный зал. Я их не знал совсем, но мне кажется, что на лицах офицеров и мичманов была видна плохо скрываемая радость.

Уголь мы нагло сперли, с молчаливого одобрения потерпевшего и свидетелей. Объектом нашего преступления послужил всё тот же авизо «Стрела», который до этого мы оставили практически без экипажа.

Этот корабль и правда был на последнем издыхании и представлял из себя жалкое зрелище. Весь ржавый, с креном на правый борт… Он казался покинутым, и, если бы не вахтенные на борту, и часовые возле пирса, можно было бы смело сказать, что корабль брошен экипажем. Зато его угольные ямы и береговой склад, арендованный для снабжения корабля, были битком забиты качественным антрацитом, который мы и перегружали в «Единорог» и нанятый мной в качестве вспомогательного судна датский китобой «De To Lover». Почти пять дней на это потратили! Все ручками, лопатами и носилками! В погрузке участвовали все члены экспедиции, как офицеры, так и мичманы с простыми матросами, нам помогал оставшийся экипаж авизо.

Пропитанный с ног до головы угольной пылью, я стоял на пассажирской надстройке «Единорога» и тоскливо смотрел на унылую цепочку людей, которые как заведенные таскали уголь по сходням, на такую же, как и я черную и грязную палубу. Рожи недовольные, не привыкли офицерики ручками работать. Грузчиков нанять предлагали, даже за свой счет! Хрен! Я отказался специально, хотя профессионалы справились бы наверняка быстрее. Я проверяю сейчас, насколько они подчинятся готовы, мне не нужны сюрпризы во время экспедиции. Ну и трудотерапия им не повредит, на зимовке слуг не будет, там всё самим придется делать. Пасмурное небо над Копенгагеном и затянувшийся, идущий уже третий день дождь, не добавляли мне настроения.

— Машина в ужасном состоянии! — Серегин поднялся ко мне на надстройку по узкому трапу и с ходу меня «порадовал» — Не ухаживали за ней, от слова совсем! Котлы в накипи, да такой, что зубилом и молотком работать приходится! Как бы стенки котлов не повредить. Сажа на стенках топки сантиметровой толщены, аж пластами отслаивается! Но это ладно, главное — водо и паропровод! Котлы то мы отчистим, а вот систему труб нужно бы полностью заменить, боюсь ручным способом очистки тут не справиться. Можно попробовать химией почистить конечно, но боюсь тут даже кислота не поможет, можно даже хуже сделать. Пожжем металл. Как она, эта развалина только ходила до этого, ума не приложу. Правда паровик надежный, германский, я эту фирму знаю, но всё равно…

— И? — Я посмотрел на механика усталым и безразличным взглядом — Что предлагаешь делать Саня? Озвучил проблему, озвучивай и решение, это твоя вотчина, за тебя тут никто не решит. Мне так всё равно что ты делать будешь, но паровик должен быть готов к нашему отходу, и у тебя всего десять дней. Если от меня что-то надо, химию ту же купить, запчасти, расходники, я помогу, но остальное сам!

— Да я просто доложить… — Серёгин устало облокотился на поручни и закурил — Будет она на ходу через неделю уже, правда пое… выложится придется по самое не балуйся! Я механика «Единорога» в котёл засунул, и сказал, что если накипь не уберет, я котлы вместе с ним внутри затоплю! Такой аппарат чуть не загубил ирод! Кто его только механиком поставил!