Пока девушка пила чай, я аккуратно обнял её за талию и принялся комментировать романтическую комедию, которую показывали в это время. Хотя её название — “Человек за бортом” — мне ни о чём не говорило. Да и фильм был не такой уж и комедией, скорее драмой с шутками уровня “посмеяться над упавшим в лужу”. Впрочем, меня сейчас интересовало не кино, а душевное спокойствие Надесико. Которая вскоре перестала дрожать. А после и хихикать над моими дурацкими комментариями, отправившись в мир грёз на моём плече.

Я аккуратно выбрался из-под одеяла и положил Надесико на диван, укрыв как следует и подсунув под голову подушку. И отправился в спальню, заткнув требующего продолжения Хиро.

Мой внутренний японец вконец обезумел от близости женского тела, и думать не хотел, по какому тонкому льду ходит. Бро, это дочь якудзы. Достаточно её хмурого вида завтра перед батей, и нас с тобой отправят изучать дно Токийского залива без скафандра. Угомонись. Всё будет, но чуть позже.

Но заснуть всё равно удалось только под утро.

Проснулся я к обеду, от запаха кофе и звона посуды на кухне. Сначала даже не понял, где я нахожусь, и испуганно вскочил с кровати. Выбежал на кухню.

Только увидев сидящую за столом девушку (в моей, между прочим, рубашке!), выдохнул. Надесико выглядела довольной и немножко счастливой.

— Привет, Хиро! — она помахал мне рукой с зажатым в ней хлебом. — Я ждала-ждала, когда ты проснёшься, и не выдержала. Будешь завтракать? Я кофе на двоих приготовила.

— Доброе утро. Сейчас. Приведу себя в порядок.

И пошёл одеваться.

— Там курьер какой-то приезжал, оставил посылку перед дверью.

Что за курьер? Я никого не ждал.

К счастью, это оказалась не бомба, а передача от госпожи Такуми: одежда для Надесико и готовый завтрак для нас обоих. Даже без записки. Заботливая мама, ещё и с опытом подобных приключений.

— Хиро! Я вообще-то к тебе приехала не для того чтобы фильмы дурацкие смотреть! — высказала мне Надесико, после того как переоделась в присланную мамой юкату и накрасилась. — Не делай вид, что не понимаешь, о чём я!

— Ну хорошо, — я поднялся из-за стола, где доедал присланные Люсиль онигири, и потянул руки к девушке. — Раздевайся.

Надесико замерла на месте, и зажмурилась. Потом приоткрыла один глаз, и надулась, видя что я сел обратно.

— Боже, Хиро! Тебе так нравится надо мной смеяться? Что ты за невыносимый человек такой?

Я пожал плечами. Какой есть.

— Спасибо тебе за вчерашний вечер, Хиро, — Надесико отвела от меня взгляд. — Я такая трусиха.

— Веришь или нет, нормальные люди сначала узнают друг друга лучше, а только потом в постель прыгают друг к другу.

— Эй, ты что, считаешь меня ненормальной? А, опять дразнишься. Не хочешь пойти работать ко мне в “Хозуки”? — внезапно сменила неудобную тему Надесико.

— Хочешь, чтобы подчинённые шептались за спиной о том, что сделать карьеру у тебя можно только через одно место?

Девушка поморщилась.

— Ну правда, зачем тебе работать хостом?

Вопрос, на самом деле, не такой простой. Но сейчас точно не время для рефлексии, поэтому я ответил то, что хотела от меня услышать молодая госпожа Такуми:

— Икигай.

Надесико посмотрела на меня с таким удивлением, что пришлось объяснять.

— Икигай. Соединение четырёх условий. Во-первых, мне нравится работа. Может быть потому что она мне в-новинку, и через полгода я передумаю. Но пока что меня всё устраивает. Во-вторых, у меня хорошо получается. Можешь у госпожи Такуми спросить, если не веришь.

— Я верю.

— В-третьих, мне за эту работу платят. И платят столько, сколько я на другой доступной мне работе не получу.

— Я буду платить тебе больше, Хиро!

— За работу, или за то, что я буду рядом?

Надесико покраснела и опустила взгляд.

— Ну и в-четвёртых, хосты делают людей счастливее. Разве это плохо? Я не очень понимаю, почему все порицают эту сферу обслуживания.

— Но вы обманываете девушек! — Надесико сжала кулаки и упрямо посмотрела мне в глаза. — Говорите им ложь о том, что они красивые, и что вы их любите! Только ради того чтобы выбить из них больше денег! Это омерзительно. Я не хочу, чтобы ты продавал себя вот так, Хиро.