– Ты в порядке? – осведомился Толя.

– Да, – солгала Зоя.

Зоя. Голос – мягкий, вкрадчивый, нечеловеческий, ни на что не похожий. Означает ли это, что сущность внутри Николая – вовсе не примитивный зверь, как они предполагали? Им не просто владел голод, в этих глазах Зоя разглядел огонек мести. Что, если Николай очнется и почувствует на губах вкус ее крови?

– Понимаешь, да? – мрачно произнесла Тамара.

Держать монстра под контролем они не могут. Дворец перестал быть безопасным местом – для всех, и для Николая тоже. В это самое время послы, сановники, аристократы и богатые купцы, не говоря уже о чистокровных принцессах и прочих достойных девицах из родовитых семейств, укладывают в дорожные сундуки лучшие наряды и готовятся к путешествию в Ос Альту.

– Мы сами пригласили гостей со всего света посмотреть на этот кошмар, – покачал головой Толя. Посмотреть, как король превращается из человека в кровожадного монстра.

Всю свою жизнь Зоя посвятила Второй армии, всю жизнь мечтала создать надежный щит. Если страна окрепнет, верила Зоя, то для таких, как она, мир изменится к лучшему. Теперь эта мечта рухнула. На память пришли рассказы Нины о тюрьме при Ледовом Дворе, за ними – мысли о кергудах, которые камнем падают с небес и похищают гришей в их же собственной стране. Зоя вспомнила усеянный трупами Малый дворец в ночь нападения Дарклинга, и решила, что не допустит этого вновь. Нет, не допустит.

Набрав побольше воздуха, она резким движением вправила вывих, подавив приступ тошноты, накативший вместе с болью.

– Мы должны его вылечить, – промолвила Зоя. – Иначе Равка падет.

– Я не хочу оставлять Леони одну, – заявил Адрик, интонацией напоминая особенно заунывный колокольный звон. – Прием в монастыре не слишком радушный, к тому же она не знает языка.

Нина и Адрик покинули долину верхом, волоча за собой сани. В спину путникам дул злой ветер. Нина ехала в дамском седле, тяжелые юбки собрались сзади складками. Она и так не была искусной наездницей, а уступка, которую пришлось сделать фьерданским приличиям, едва не поставила под угрозу всю их легенду.

Чем дальше они отъезжали от города, тем яростнее становился шепот в ее голове. Теперь, когда Нина знала, что в Гефвалле ее привели мертвецы, хор звучал как будто звонче. Потерянные души взывали к ней высокими, чистыми голосами. Потрясенная зрелищем у восточных ворот, Адрику и Леони о могилах на старом заводе Нина не рассказала.

– С ней все будет хорошо, – уверила она Адрика, выйдя из задумчивости. – Леони – девочка сообразительная и умеет не высовываться. Кроме того, завтра днем мы уже вернемся. – Не дождавшись от него ответа, Нина прибавила: – Чрезмерная забота о ней очков тебе не прибавит.

На холоде веснушчатое лицо Адрика раскраснелось; он напоминал печального актера, нарумяненного перед спектаклем.

– Она солдат и находится в моем подчинении. Эту грань я никогда не перейду.

– Когда мы выполним задание, она перестанет быть в твоем подчинении. Адрик, ты ей нравишься, это же ясно как день.

– Правда? – тоскливо спросил юноша, однако Нину его тон не обманул.

Она поправила лямки рюкзака.

– Да. К моему величайшему удивлению.

– Тебе я тоже нравлюсь, Зеник. Наверное, из-за моей жизнерадостной внешности.

– Адрик, если в качестве командира выбирать между тобой и Зоей Назяленской, то я определенно предпочитаю тебя.

Из его рта вылетело облачко пара.

– Когда-то я был по уши в нее влюблен.

– Как и все мы. Даже когда она разрубает тебя пополам одной отточенной фразой, думаешь только о том, как шикарно она при этом выглядит.

– Просто жуть берет, – вслух размышлял Адрик. – Однажды на моих глазах парень поджег собственные волосы, потому что засмотрелся на Зою. А она в его сторону даже не обернулась.

Нина высокомерно воззрилась на Адрика и, передразнивая надменный тон Зои, промолвила:

– Облейте уже этого идиота водой, пока он весь дворец не подпалил.

– Похоже, и даже чересчур, – поежился Адрик. На перекрестке он сверился с картой. – Да, просто смотреть на Зою уже было наслаждением, – заметил он, ведя свой маленький отряд дальше на запад. – Но дело не только в этом. После того, как я лишился руки, она одна относилась ко мне по-прежнему.

– По-прежнему отвратительно?

– Ноль внимания, фунт презрения. Но выносить ее издевки было гораздо легче, нежели бесконечную Надину заботу.

– Полагаю, сестры всегда заботятся о братьях. Кстати, после нашего возвращения из Каньона ты сам вел себя, как заботливая мамаша-квочка. – По большому счету, они оба тогда были совсем детьми. Школу гришей, где обучалась Нина, эвакуировали в приют в Керамзине, но Адрик настоял на том, чтобы ему позволили пойти вместе с сестрой и сражаться бок о бок с заклинательницей Солнца. Когда Дарклинг взял Нину и других учеников школы в заложники, Адрика там не было.