– Я узнала Крэйга Рафферти. Когда-то была слегка влюблена в него.

– Не может быть! Ты же тогда была ребенком.

– Достаточно взрослым, чтобы интересоваться симпатичными дружками брата. Мне нравилось, что они высокие и угрюмые.

– Он уже пятнадцать лет никуда не выезжает. Все на той же работе. Хорошо, что вы тогда не поладили – иначе ты стала бы женой работника ранчо. Как тебе такое, спецагент Килпатрик?

– Иногда – случаются такие дни – эта перспектива кажется неплохой.

– Не верю. Твоя куртка, наверное, стоит его полумесячную зарплату.

Ее куртка была капиталовложением. Такая качественная ткань вечна.

– А твои познания о моде значительно расширились.

– У меня дочь-подросток.

– И то верно.

Изучая брата, Мерси наконец расслабилась. Через пятнадцать лет молчания перекинулся мостик, кошмар долгих лет разлуки исчез. Лицо Леви снова стало знакомым, морщинки в уголках глаз казались привычными. Он – ее брат.

Мерси переполнял оптимизм. Ей хотелось знать все про Леви и Кейли.

Его зубы сверкнули в широкой улыбке.

– О чем думаешь?

– Впервые я рада, что вернулась.

Трумэн сидел у себя за столом, рассматривая фотографии разбитых зеркал из домов Неда Фейхи и Эноха Финча. Снимки из дома дяди Джефферсона он помнил наизусть. Теперь же внимательно разглядывал остальные в поисках сходства и спрашивал себя, удастся ли ему понять, чем именно разбили зеркала.

В доме Джефферсона они были уничтожены пулями. Сам дядя – тоже.

Однако в двух других случаях рядом с зеркалами не нашли ни одной пули.

Почему никто до сих пор не связал их с зеркалами из старых убийств? Несомненно, хоть один полицейский или шериф должен был вспомнить такую деталь. Почему на нее обратила внимание та, кто в то время была подростком?

Совпадение?

Если б Мерси Килпатрик не назначили расследовать эти преступления, те два старых дела по-прежнему валялись бы в архиве, ожидая, пока Лукас не сотрет с них накопившуюся пыль?

Трумэн не верил в совпадения. Во всяком случае, пока не спешил верить.

Он разложил все снимки на столе. Пять разных дел. Четырнадцать разных фотографий. Во всех маленьких зеркальцах стекла вывалились из рамы, однако зеркала в ванных комнатах остались на своих местах. За исключением того, которое находилось в одной из ванных в доме Варгас: зеркало служило дверцей аптечке и разбилось вдребезги – осколки разлетелись по всей полке.

Все эти разрушения – дело рук одного человека? Но зачем?

Трумэну хотелось побиться головой об стол. Это было бы не менее продуктивно, чем пялиться на снимки.

– Эй, шеф! – в его кабинет вошел Ройс Гибсон. – Вы хотели узнать новости насчет агентов?

Трумэна ощутил укол совести.

– Точно.

– Спецагент Петерсон едет в сторону Бенда. Полагаю, его цель – офис ФБР. Спецагент Килпатрик выехала этим утром по Восемьдесят второму шоссе. За пределами города я их не отслеживал.

Начальник полиции на минутку призадумался.

– У Восемьдесят второго шоссе живет Рик Тёрнер, не так ли?

– Именно так, сэр.

Мерси направлялась в дом сестры. Трумэн задумался, нервничает ли она. В то утро Килпатрик особо не распространялась о своей сестре, но Дейли собрал достаточно информации, чтобы знать: встреча предстоит не из легких.

– Спасибо, Ройс.

Полицейский задержался в дверях, переминаясь с ноги на ногу и обводя взглядом комнату.

– Еще какие-то новости? – Трумэна кольнуло подозрение.

– Это может показаться глупостью…

– Я сам решу, глупость это или нет.

Ройс еще немного помялся.

– Ходят слухи… Не то чтобы сплошь и рядом, но я слышал уже трижды. И каждый повторяет, что понятия не имеет, правда ли это.

– Так что это, Ройс?

Иглс-Нест питался слухами. Через цепочку сплетников Трумэн получил немало крайне полезной информации. Плюс кучу мусора.

– Вы слышали о пещерном человеке? – голос Гибсона задрожал.

Дейли приподнял бровь. Пещерный человек Ины?

Лицо Ройса стало красным. Он пристально разглядывал свои ботинки.