Когда я бросаю на него тяжелый взгляд, Эмилиано усмехается.

— Да ладно. Ты же знаешь, что это на меня не действует.

— Именно поэтому я продолжаю пытаться.

— Так что там с блондинкой?

— Это не блондинка. Это брюнетка.

Эмилиано снова поворачивается к экрану. Приближает изображение, щурится и поджимает губы.

— Одно негативное слово, и я вызову окружного санитарного инспектора, чтобы он закрыл твое заведение.

Он отмахивается от меня рукой, словно отгоняя муху.

— Я не собирался говорить ничего плохого о твоей девушке.

— Она не моя девушка. Она работает на меня.

Эмилиано смотрит на меня с сомнением.

— Я серьезно. Она моя новая помощница. Только начала работать на этой неделе.

— И теперь ты преследуешь ее?

— Да.

— Ты когда-нибудь слышал о законах о преследовании?

— Ты когда-нибудь слышал о том, чтобы не лезть не в свое дело?

— Да. Это переоценено. Так вот что для тебя свидание? Так ты подкатываешь к женщинам? Собираешься подглядывать в окно ее спальни?

— Не говори глупостей.

— Эй, не я тот парень, который шпионит за своей секретарШэй. Это глупо.

— Она не мой секретарь. Она мой помощник.

— Ты так говоришь, будто это что-то меняет.

Я бы вздохнул, но, пообещав себе никогда больше так не делать, вместо этого закатил глаза к потолку.

— О, привет. Посмотри, как этот гуэро9 подкатывает к твоей подруге. Похоже, у тебя появился конкурент.

Веселый голос Эмилиано возвращает мое внимание к экрану компьютера.

Мужчина стоит у стола Шэй, спиной к камере. Он среднего роста, среднего телосложения и блондин — отсюда и прозвище, которым его назвал Эмилиано. На нем белая рубашка с закатанными рукавами и черные брюки.

В нем есть что-то смутно знакомое. Я смотрю на его изображение, пока он не поворачивает голову в одну сторону, и я хорошо вижу его профиль.

Это Дилан. Тот самый, который рассмешил Шэй в тот день, когда она начала работать на меня. Тот, чей кабинет находится рядом с ее.

Это какое-то свидание?

Дилан придвигает стул к столу с Шэй и ее подругой. Садится и накладывает себе в корзинку чипсы тортилья. Затем он говорит что-то, от чего обе женщины смеются, и мне приходится физически сдерживать себя, чтобы не сорвать монитор со стола Эмилиано и не швырнуть его через дверь на кухню.

Глядя на мое выражение лица, Эмилиано присвистывает.

— Ну вот, опять, блядь, это страшное лицо, ese. — Он делает крестное знамение над грудью. — Проклятье. Я помолюсь за гуэро. Судя по твоему виду, сегодня он встретит своего создателя.

Я не отвечаю, а просто смотрю на экран, чувствуя, как кровь течет по всем венам моего тела, горячая и злая.

Я сижу с Челси всего пять минут, когда замечаю Дилана у барной стойки. Мы ненадолго встречаемся взглядами, прежде чем я отворачиваюсь, молясь, чтобы он не подошел к нашему столику.

Поскольку Богу я не нравлюсь, Дилан подходит к нашему столу.

— Так, так, смотрите, кто пришел! Привет, Шэй.

— Здравствуй, Дилан.

— Кто твоя красивая подруга?

Челси окидывает его взглядом, в течение одной наносекунды определяет, что у него не те часы, туфли или стрижка, которые соответствуют ее финансовым требованиям, и дарит ему одну из своих улыбок, которые появляются раз в миллион лет.

— Я Челси. Привет.

Не понимая, что его уже оценили и определили недостаток, Дилан улыбается ей.

— Приятно познакомиться, Челси. Мы с Шэй работаем вместе.

Она говорит: — Как захватывающе.

На этой неделе я старалась избегать его, но было несколько запоминающихся столкновений. Во вторник он застал меня в комнате отдыха за кофе и спросил, замужем ли я. Когда я ответила, что нет, он сказал, что, возможно, скоро это исправит, и при этом уставился на мою грудь.

В среду он бежал к лифту, в котором я ехала, пока двери закрывались. Мы вместе спустились на парковку, пока он рассказывал анекдоты о членах, а я подумывала о том, чтобы сообщить о нем Рут в отдел кадров.

А сегодня утром он случайно прислонился к раме открытой двери моего кабинета и спросил, не слышала ли я о новом потрясающем клубе в центре города. Когда я ответила, что нет, он принялся описывать его в мельчайших подробностях. Уже через несколько секунд стало ясно, что он говорит о стриптиз-клубе.