Семёныч, не заметив меня за стеллажом с инструментами, подошёл к телу. Огляделся по сторонам и полез в карман халата. Не найдя там кольца, он начал панически себя обыскивать.

— Тяжело возвращать украденное, Семёныч? — спросил я, выходя из-за стеллажа.

Он подпрыгнул, как ошпаренный, и выронил из рук таз с водой.

— Ты чего подкрадываешься, ирод! — взвизгнул он. — Сердце чуть не остановилось!

— Интересное хобби у вас, — я поднял с пола кольцо и рассмотрел его на свету. — Обирать мертвецов. Кольца, часы, золотые зубы, может быть? Мелкий, но стабильный доход?

Его лицо из красного стало серым.

— Я не… это не то, что ты думаешь… я просто… нашёл…

— Просто крадёте у тех, кто не может пожаловаться, — закончил я за него.

— Да ты не понимаешь! — он перешёл в наступление. — У меня семья! Внуки! На мою зарплату не проживёшь! А этим, — он махнул рукой на тело, — им уже всё равно!

— Их родственникам будет не всё равно, когда они не найдут фамильное кольцо, — заметил я.

Семёныч сузил глаза.

— Ты что, донести на меня хочешь? Так я тоже не промах! Я вижу, что ты делаешь! Ты не простой лекарь! От тебя мертвяками несёт за версту!

— Доказательства есть? — спокойно спросил я.

— Найдутся, — прошипел он. — Ты ещё пожалеешь, студент!

С этими словами он выбежал из секционной, хлопнув дверью.

Я задумчиво покрутил кольцо в руках. Нажил ещё одного врага. Мелкого, трусливого, как шакал. Но такие часто бывают опаснее явных противников, вроде Волкова. Они бьют в спину, когда не ждёшь.

Что ж, будем, как обычно, держать ухо востро. И, возможно, приготовим для Семёныча отдельный, очень поучительный «розыгрыш».

Дальше пошла рутина. Бумага, чернила, сухие, безэмоциональные факты. Мир, где всё понятно и разложено по полочкам. Я как раз заканчивал оформлять протокол вскрытия по «матрёшке смертей», как дверь морга, которая редко открывалась для живых, скрипнула.

Я поднял голову и на мгновение удивился. В дверях, одетый в дорогой плащ и с элегантной тростью из чёрного дерева в руке, стоял граф Бестужев. Тот самый, которого я спас от инфаркта в свой первый день. Он выглядел здесь, в царстве формалина и нержавеющей стали, так же неуместно, как бриллиант в куче угля.

Он выглядел значительно лучше, чем при нашей последней встрече. Здоровый, аристократический цвет лица, уверенная походка. Только трость и едва заметная тень в глазах напоминали о том, что совсем недавно он стоял на самом пороге смерти.

— Доктор Пирогов! — воскликнул он, и его голос прозвучал в тишине морга неестественно громко. — Наконец-то я вас нашёл. Низко же вы забрались. Пришлось даже спуститься в эти… катакомбы.

Он оглядел помещение с лёгким, едва скрываемым отвращением.

— Ваше сиятельство, — я встал из-за стола, откладывая ручку. — Что привело вас в столь мрачное место?

— Вы привели, — он подошёл ближе. — Хотел лично поблагодарить вас за спасение. И узнать, как ваши дела.

Интересно. Граф такого уровня лично спускается в подвал. Обычно для таких визитов вежливости посылают секретарей или, в крайнем случае, принимают у себя в апартаментах. Значит, дело не только в благодарности. Ему что-то от меня нужно.

— Благодарю за заботу. Как видите, работаю, — я обвёл рукой секционную.

— В морге, — в его голосе прозвучала явная нотка неодобрения. — Человек вашего таланта — и среди трупов. Это несправедливо.

— Мёртвые — очень тихие и неприхотливые пациенты, ваше сиятельство. Идеально для начинающего врача.

— Но они не могут отблагодарить, — парировал граф, и в его глазах блеснул хитрый огонёк. — Впрочем, я слышал и о ваших успехах среди живых. Вся клиника гудит. Загадочная болезнь Уиппла, диагностированная на лету. Феохромоцитома, распознанная во время криза. И спасение графа Акропольского прямо в операционной… Вы делаете карьеру со скоростью рунического экспресса, молодой человек.

Значит, слухи не просто распространяются. Они доходят до нужных ушей. И кто-то их ему докладывает.

— Я просто выполняю свою работу, — ответил я.

Граф усмехнулся.

— Не прибедняйтесь. Я в людях разбираюсь. Вы — не простой лекарь. В вас есть что-то… особенное. И я не люблю оставаться в долгу.

Он достал из внутреннего кармана платиновый портсигар и визитную карточку. Плотный, кремовый картон, золотое тиснение, фамильный герб с двумя скрещёнными мечами. Символ власти и старых денег.