Искал пожар в её организме, а нужно было искать поджигателя. И похоже, этим поджигателем была она сама, её собственное чувство долга и гиперответственность.

Это не тот случай, который лечат скальпелем. Это тот случай, который лечат… словом. И, возможно, небольшой, успокаивающей дозой магии, чтобы привести в порядок её взбунтовавшуюся нервную систему.

Но нужно было дождаться результатов обследований, чтобы подтвердить свою гипотезу.

Я вышел от Воронцовой, оставив ей стопку направлений на анализы и пищу для размышлений. Теперь нужно было перехватить Варвару, пока она не ушла на обход и не скрылась в лабиринте больничных коридоров.

Но в коридоре меня поджидал сюрприз. Костя-подхалим.

Он не просто «топтался». Он нервно переминался с ноги на ногу у стены, теребя в руках историю болезни, и явно собирался с духом, как солдат перед самоубийственной атакой.

Увидев меня, он выпрямился как по команде и сделал неуверенный шаг навстречу.

— Святослав… Игоревич… — он почти заикался. — Можно вас на одну минуту?

— Говори, Константин, — я остановился. — У меня мало времени.

Он сглотнул, а потом выпалил на одном дыхании, словно боялся, что если остановится, то уже не сможет продолжить:

— Я тот анализ назначил! Ну, архивной пыли! На грибок! Вашему пациенту, Синявину! Это я!

Так вот кто мой таинственный «помощник». Не гениальный соперник, не тайный игрок, плетущий интриги за моей спиной, а этот… перепуганный подхалим.

Я ожидал большего. Но в то же время — это было любопытно.

Видя моё молчание, он начал быстро оправдываться:

— Я просто… я вчера вечером смотрел его карту, у нас в системе ее каждый может открыть… И там всё было так… нетипично. И я подумал, может, вы не знаете, что у нас есть выездная бригада лаборантов для взятия проб на месте. Или… или просто забыли назначить в суматохе. Я не хотел лезть, честно! Я просто хотел помочь…

Я смотрел на него. Он ожидал выговора, гнева, чего угодно. А я сделал то, чего он точно не ожидал. Я улыбнулся.

— Не знал, — честно ответил я. — Полезная опция. Спасибо, что подсказал. И что проявил инициативу. Это признак хорошего, неравнодушного врача — думать о пациенте даже в нерабочее время. Молодец.

Костя просиял.

Буквально.

Его лицо расплылось в такой счастливой, почти щенячьей улыбке, будто я не просто похвалил его, а посвятил в рыцари. Парень явно не привык, чтобы его хвалили. Особенно после того, как он привык подлизываться к Волкову, получая в ответ лишь презрительные ухмылки.

— Ну всё, молодец. Иди работай, — я по-дружески похлопал его по плечу. — Да пребудет с тобой Тьма!

Костя моргнул.

Его мозг, видимо, пытался обработать это странное благословение, но не найдя подходящего протокола в своей базе данных, Костя просто растерянно кивнул, развернулся и почти бегом ушёл, на ходу оглядываясь с недоумением.

Новый сподвижник. Полезно. Не гений, конечно, но исполнительный и, как оказалось, неглупый.

Оставив Костю наедине с его щенячьим восторгом, я отправился на поиски.

Варвара. Она была следующим звеном в цепи. И, судя по всему, самым крепким. Я нашёл её у процедурной. Она как раз выходила оттуда, сосредоточенно глядя в свой планшет и отдавая на ходу распоряжения молодой медсестре.

— Варя, есть минутка? — я преградил ей путь, но не агрессивно, а так, чтобы она не могла меня проигнорировать.

— Некогда, — она даже не подняла на меня глаз, пытаясь обойти. — У меня три капельницы и плановый обход через десять минут.

— Тогда вечером. После смены. Свободна? — я проигнорировал её отговорку и перешёл на более личную территорию.

Теперь она наконец посмотрела на меня. С холодным, изучающим подозрением.

— Это что, свидание, Пирогов? Решил приударить за коллегой?

Я усмехнулся.

— Нет, Варвара. Это приглашение в кафе. Просто поболтать. Никаких медицинских тем, никаких больничных сплетен. Просто два человека и чашка хорошего, не больничного кофе. Обещаю ни слова не говорить про паховые грыжи и редкие грибки.

Я говорил легко и непринуждённо, но готовил главный удар:

— К тому же, я подумал, что тебе не помешает немного отвлечься. После всей этой… неприятной ситуации с Ольгой.

Намёк на конфликт с Ольгой попал точно в цель. Я увидел, как её плечи слегка напряглись, а в глазах на мгновение мелькнула боль. Она пыталась сохранить свою маску неприступности, но я уже нашёл трещину в её броне. Она слегка смягчилась.

— И что ты удумал, Пирогов? — в её голосе, несмотря на всё ещё холодный тон, появилось любопытство.

— Ничего криминального. Просто хочу кое-что тебе показать. Сюрприз.

Она прищурилась, пытаясь прочитать что-то на моём лице.

— И что это за «сюрприз»?