— Мне что же, отсюда теперь нельзя уйти? — сделал неожиданный вывод парень.

— Отчего же? Ты волен уйти. Мало того, уйти нам придётся.

Чужой мир был благосклонен, но лишь на время. Щедро поделился силой, но и забрать её мог также легко. Да и бросить мальчишку здесь было бы как-то нехорошо. Даже в компании радушного духа джиннов, хозяина чудесного оазиса.

Я взглянул на растерянного парня. Да уж, мы в ответе за того, кого спасли… Вот поэтому не любил я эти внезапные благородные поступки. Отвечать и за них тоже нужно.

Иван же, заметив моё замешательство, воспринял это иначе. Бахнулся на песок и горячо заверил:

— Присягу принесу вам, господин! На крови!

— Встань, — я помотал головой. — Лишь одно пообещай, молчать о Великой пустыне. Большего мне не нужно.

— Да кто же мне поверит-то! — удивился Иван, но тут же принял серьёзный вид и торжественно сказал: — Клянусь силой, никому не расскажу, что видел.

И сила отозвалась. Удачно получилось на самом деле. Всё накопленное мигом ушло на заверение его слов. Полагаю, это стало самой нерушимой клятвой, известной человечеству. Да и не только людям.

Кстати…

— Вспомнил что-нибудь про того, на кого работал? — поинтересовался я, вновь поднимаю всю защиту.

— Не-а, — Ростовский помотал головой. — Хотя…

Я приготовился, внимательно отслеживая любое колебание магического фона.

— Рапунцель! Во. Кликуха пруделя. Мудрёная такая, язык поломаешь.

Тишина да гладь. Ловушка, устроенная хитрым менталистом, была обезврежена. Но память, увы, вернуть было невозможно. Скорее всего, и имя собаки Иван запомнил, просто выговорить не мог до этого.

Можно, конечно, покопаться у него в голове при помощи ментальной магии. Разобраться, каким образом скрыты воспоминания, и достать их. Но я на такое пока не был способен, а сдавать Баталову парня не хотел. Тот церемониться не станет, сметёт всё силой. Безусловно, о случившемся я расскажу главе тайной канцелярии. В своё время.

Ну а сейчас нужно было где-то укрыть Ивана.

Его загадочный Ерофей Альбертович точно не оставит опасного свидетеля в живых. Собственно, мне думалось, что отправили стихийника на задание, откуда не возвращаются. С одним лишь простым скрывающим амулетом, но зато артефакт выдали, стоящий тысячи подобных. А то и сотни тысяч.

Пока мы брели по раскалённым дюнам, я анализировал события.

Есть алхимик. Когда-то очень перспективный мастер, безусловно очень талантливый. Немного отстранённый от общества, в чём-то наивный и словно не от мира сего. Живёт практически в изгнании, по крайней мере, в изоляции. По его словам ничем серьёзным, кроме аптекарских снадобий, не занимается.

Есть мальчишка со смертельным артефактом, наследием давних времён. С нелёгкой судьбой, тоже во многом наивный и доверчивый.

Прямо-таки определённая модель вырисовывалась. Выбора людей для какой-то цели. Вот только какой?

Очень маловероятно, что на алхимике проверяли тёмного паука. В такие совпадения верилось с трудом. Значит, хотели избавиться. От обоих разом причём.

Выходило, что мастер зелий что-то скрывал. Например, изготовление таинственного эликсира, способного за короткое время усилить одарённого.

— Возвращаемся, — коротко велел я, наметив план.

От перемещения стихийник вздрогнул и тихонько ойкнул. Но уже не орал.

— Ты пока побудешь здесь, — бросил я ему, буквально вылетая из комнаты.

Во мне магия другого мира как раз не утихала, а придавала сил, подталкивая к действиям.

— Позаботьтесь о нём, — сказал я старшему охотнику, по-прежнему дежурившему у двери.

Притормозил и уточнил:

— В том смысле, что Иван теперь наш гость.

Гар разочарования своего не скрывал, но подтвердил кивком, что понял.

— Накормить, напоить, спать уложить, — всё же добавил я подробностей. — Но покидать территорию острова ему нельзя. И Гар, — я пристально посмотрел на беспутца. — Не пугай мальчишку топором. Хватит с него уже. Неплохой он, потерявшийся просто, понимаешь?

— Я понял вас, повелитель, — поклонился он. — Мы тоже потеряли путь, но смогли найти благодаря вам. Мальчишку уберегу.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я.

Теперь за Ивана я был спокоен. Но со старейшиной перед уходом переговорил, тоже вкратце объяснив суть возможной угрозы. Вряд ли кто-то станет искать Ростовского здесь, но лучше быть готовым.

Мой же путь снова вёл на Сытнинскую улочку.

Особняк алхимика был погружен в полную темноту, не горели фонари в саду, чернели окна. Да и район весь давно сладко спал. Только где-то вдали верещали любовные песни коты. Мне показалось, что со стороны нашего дома.