— Вон, там!

Все пригляделись и охнули.

Между валунов сидела девушка. Длинные темные волосы закрывали ее спину и лицо. Она смотрела куда-то вниз и стонала, пытаясь сдвинуть камень.

— Ты кто? — спросил староста.

Девушка откинула волосы, взглянула, и рыбаки отшатнулись. Никогда в своей жизни они не видели такой красоты. Огромные зеленые глаза, наполненные слезами, сверкали словно драгоценные камни.

— Пожалуйста, помогите, — взмолилась незнакомка.

И случилось чудо: будто колокольчики зазвенели вокруг, настолько нежным и мелодичным был ее голос.

— Сейчас, милая, сейчас…

Староста бросился к девушке и вдруг застыл, раскинув руки и не пропустив никого вперед.

— Что? Что там?

— Смотрите, — внезапно осипшим голосом пробормотал он.

Рыбаки пригляделись и дружно охнули.

Ног у девушки не было. Ее тонкая талия плавно переходила в широкие бедра, которые заканчивались серебристым рыбьим хвостом, зажатым сейчас камнями.

— Русалка, — прошептал кто-то.

— Русалка, — эхом повторили все.

— Их же не существует.

— А это что?

— Помогите, — уже в голос заплакала девушка.

И сразу над морем понеслась протяжная мелодия. Она переливалась разными оттенками грусти: то приторным, то горьковатым, то вызывающим комок в горле. Невозможно было долго выдержать тоску, слышавшуюся в этой песне без слов.

— Не трогайте ее! — крикнул подоспевший шаман. — У тех, кто прикоснется к русалке, она заберет душу.

Рыбаки отпрянули и переглянулись.

— И как же быть?

— Отвезем ее во дворец к наместнику.

— Точно! Так и сделаем!

На девушку накинули прочную сеть, спеленали ее веревками. Дружно взялись, откинули тяжелые камни, потом просунули в ячейки сетки палку, так и понесли к лодкам.

Весть о том, что рыбаки нашли русалку, прилетела в столицу раньше них. Наместник приказал поместить девушку в дворцовый пруд, крепко привязав ее хвост к камням. Она сидела в окружении огромных распустившихся лилий, экзотичная и такая же прекрасная, как цветы, еще просила отпустить ее, но уже вяло и без надежды в голосе.

Знать пришла посмотреть на диковину. Здесь был сам наместник, важный господин в дорогой золоченой одежде, его жена, сыновья и свита.

Наместник не мог отвести от русалки взгляда. Он, как завороженный, подошел к девушке по деревянным мосткам. Красавица была так близко, так призывно манила умоляющим взглядом, что он протянул руку…

— Нет! Нельзя! — пронзительно крикнул шаман.

— Напугал! — подпрыгнул наместник, подвернул ногу и чуть не упал. Перепуганная свита бросилась к нему.

— Вот видите! Русалка опасна, Ваше Сиятельство, она может любого лишить рассудка.

— Ну, — выдохнул наместник. — Я не собираюсь касаться ее руками. Разве что мечом.

Девушка вздрогнула, откинула волосы с лица, посмотрела пристально, будто заглянула в душу. Наместник растерялся. Меч, который он уже вытащил из ножен, упал на мостки и тоненько зазвенел.

— Ох! — пронеслось среди гостей.

С тех пор так и повелось: русалке бросали еду, показывали как диковину гостям, прибывавшим с большой земли.

Но с каждым днем ее красота увядала. Девушка побледнела, кожа приобрела зеленоватый оттенок. Все чаще красавица лежала на камнях, закрыв глаза, и шевелила потрескавшимися губами, словно что-то шептала. Но издалека невозможно было разобрать ни слова.

Наместник часто наблюдал за русалкой. В сопровождении свиты он то приближался к ней по мосткам, то кружился рядом в лодке. В его взгляде не было жалости, лишь холодное любопытство сжигало его. Он гадал, какую выгоду может извлечь из этого чуда напоследок.

— Масло, — подсказал шаман.

— Какое? — наместник живо повернулся к нему.

— Говорят, масло из русалок сохраняется на долгие десятилетия. Фитиль в лампаде никогда не гаснет, горит вечно.

— С-с-с, — просвистела русалка помертвевшими губами.

— Что она хочет? — насторожился наместник.

— Не знаю. Лучше держаться от нее подальше.

Но наместника настолько сжигало любопытство, что он приказал подплыть ближе к русалке.

— Скажи, что ты хочешь? — спросил он.