— Что будет по истечении этого срока? — Уточнил Михаил.

— Прорыв перестанет активно выкачивать энергию, и преобразовывать местность, практически останавливая свой рост. Тогда его и приходят закрывать. Это рядовое событие, происходящее сплошь и рядом, поэтому каждая империя имеет свою службу, так скажем, чистки…

— Так чего они так всполошились!? — Возмутился Саныч.

— Потому что наш случай несколько иной. — Вздохнув, начал пояснять Парков. — Обычно, прорывы случаются в малонаселённых районах, при столкновении малых сил, где просто неоткуда взяться достаточному количеству энергии для развития прорыва. У нас же происходит масштабная битва, с большим количеством смертей. Прорыв ещё в момент своего появления получил достаточно энергии для своего развития.

— Чушь какая-то. — Неверяще фыркнул Саныч.

— При нормальном течении развития прорыва, первые монстры появляются только после преобразования местности. — Прочитал парков с планшета. — Сейчас перешлю вам файл по прорывам.

Спустя пару секунд, обещанный файл пришёл, и я попросил Агату открыть его. Текста было не очень много, поэтому хватило пары минут для ознакомления. И исходя из написанного, наш прорыв перескочил несколько условных уровней развития. Первый, становление — это преобразование местности под себя. Второй, накопление — появляются монстры, в зависимости от типа прорыва, но ведут себя пассивно, в каком-то смысле защищая прорыв. Третий, рост — монстры начинают отходить от места прорыва, но недалеко, убивая встреченных мобов и неписей, постепенно накапливая энергию, для рождения новых монстров. Четвёртый, всплеск — монстры организовываются в отряды, либо просто крупными группами уходят в различных направлениях, всё также убивая всех встречных и раздвигая границы прорыва. На четвёртом условном уровне появляются уже именные монстры, а на границе с пятым уровнем, появляются элитные, после и высшие. Короче, начиная с четвёртого, границы уровней сильно размыты. И вообще, четвёртый уже считается угрозой, при устранении которой можно поднимать молитвенное знамя; а пятый уровень в принципе без этого знамени не закрывают.

Прочитав это, я задумался об уровне нашего прорыва. Теоретически, мы находимся на третьем, но монстров очень много, а из-за большого количества энергии смерти вокруг, они ещё появляются постоянно. Однако особо сильных, или каких-то там именных, нету. По крайней мере, пока. Может ли большое количество монстров, быть равнозначно нескольким сильным? Если да, то мы находимся на четвёртом уровне прорыва.

Но возвращаясь непосредственно к происходящему; клирики сформировали печать (совсем как литорги у пирамиды, когда мой Умка получил своего учителя), и стали читать речитатив. Постепенно, печать начала светиться, и по мере увеличения этого свечения, немёртвые всё в большем радиусе начинают реагировать на неё. Реакция оказался одинаковая у всех немёртвых, это попытка прорваться к печати, отчего спустя каких-то несколько минут, все немёртвые, со всего прорыва начали толпиться на узком участке, чем воспользовался Драгонян, направив туда всю имеющуюся авиацию разом.

Со стороны эльфов, да и с нашей тоже, в ход шли все имеющиеся заклинания и навыки на основе огня, и наверное, это логично. Перед строем эльфов, практически не стихая, ревела стена пламени. И тем сюрреалистичней смотрелись волны скелетов с зомби, вырывающиеся из этого ада, и буквально охваченные пламенем, врезающиеся в стену из щитов.

В первой линии стоят танки эльфов, увешанные различными бафами так, что аж искрятся, но несмотря на это, их жизни проседают на глазах. Иногда это происходит столь стремительно, что хилы просто не успевают среагировать, но чаще всего, входящий урон просто перевешивает входящее лечение. Место выбывшего танка, моментально занимается кем-то из второй линии строя, и снова продолжается противостояние. Потери немёртвых исчисляются сотнями, а эльфов десятками в минуту, но это никак не помогает перемолоть трупов, так как прорыв постоянно подбрасывает новых, и эта волна, стала уже явно сильнее прежних, что заметили все.

— Среди немёртвых появились стрелки с магами. — Озвучил увиденное Парков. — Мог прорыв так среагировать на попытку устранить его? Скачкообразно повысив силу следующей волны?

— А что твои люди выяснили по этому вопросу? — Уточнил Михаил.

— Всё, что было конкретного, я озвучил. — Несколько раздражено ответил Парков. — Остальные сведения на уровне дремучих суеверий, и иррациональных страхов. Вплоть до приписывания полноценного сознания прорыву, а также сакральных сил и возможностей…

— Главное, чтобы эти страхи и суеверия не поломали нам планы… — Покачал головой Михаил.

Глядя, что происходит в игре, слушая редкие комментарии собравшихся, и краем мысли раздумывая над своей ролью во всём этом, я начал раздражаться. Зачем я здесь? За всё время боя, никто из них даже ни разу не обратился ко мне, ничего не спросил, ничего другого. Что я есть, что нету. Только Агата обращает на меня внимание. А когда она улыбается, то и мне становится веселее, нравится её улыбка.

— Сергей, смотри. — Агата обратила моё внимание на происходящее с клириками.

Печать набрала яркость настолько, что уже не видно отдельных людей, и энергия, накапливаемая в ней до этого момента, начала волнами накатывать на прорыв, образуя завихрения энергий, по границе прорыва. Серая, с зеленоватым оттенком энергия смерти, начала смешиваться с серебряно-белой энергией печати. Что странно, энергия не боролась меж собой, а именно смешивалась. Серой энергии очень много, а на вид кажется густой и тягучей. Кажется, что у белой энергии просто нету шансов… Вот только, капля за каплей, волна за волной, белая энергия накатывает на границы, и энергия смерти становится чуть светлее. Самую малость, почти незаметно, но светлее.

Зато, нежить просто взбесилась! Такое ощущение, что она получила подпитку от прорыва, и моментально стала гораздо сильнее. И умнее. У неё появился строй, где впереди бойцы ближнего боя перестали атаковать хаотично всех подряд, а начали концентрироваться по двое, трое на одном эльфе. Лучники также, стали концентрировать огонь. А вот маги, в первую очередь, оказались щитами, и перестали гибнуть пачками, начав массово применять заклинания смерти, что стало дополнительной подпиткой прорыва.

Я наблюдал за этим, едва не открыв рот, краем сознания фиксируя, как Саныч, чертыхаясь на все лады, и ругая какого-то именного скелета, всё же снял часть защитников со стены, направив на поддержку эльфов.