Марлоу закатила глаза:

— Очевидно, я куплю его обратно. Назови цену.

— Ого, да ты совсем зазналась в этом своём Эвергардене.

— Орселла, давай без игр. Я предложу тебе цену лучше, чем любой в Болотах, — сказала Марлоу. Какой бы ни была стоимость желания сердца, для знати Эвергардена это, наверняка, копейки. Ну а если понадобится, она попросит помощи у Адриуса.

Орселла сузила глаза, улыбнувшись как хищник:

— Как бы ни было заманчиво твоё предложение, я боюсь, уже не могу его принять.

— Что? — Марлоу напряглась. — Почему?

— Я уже продала твоё желание сердца, — сухо сказала Орселла.

Марлоу похолодела:

— Кому?

На лице Орселлы появилось не просто раздражение, а нечто похожее на… беспокойство. Но не то привычное недовольство, когда Марлоу её раздражала, а что-то другое, тревожное.

— Другому торговцу проклятиями, — неохотно произнесла Орселла.

Внутреннее чутьё Марлоу моментально уловило: она что-то недоговаривает.

— Орселла, — голос Марлоу стал стальным. — Кому?

В голове промелькнули самые худшие варианты — что она продала его Жнецам. Или Бэйну с Леонидасом.

Но когда Орселла наконец выдавила ответ, Марлоу чуть не пожалела, что ошиблась.

— Лушиану Уорнеру.

По телу Марлоу прошёл холодный озноб. Она поймала взгляд Свифта, в котором отразился тот же самый ужас, что сковал её.

— Орселла! — воскликнул Свифт с укором.

Марлоу застонала, прижав ладони к лицу:

— Скажи мне, что ты сейчас пошутила. Пожалуйста.

Глава 18

Впервые Марлоу пересеклась с Лушианом Уорнером спустя несколько месяцев после того, как начала заниматься снятием проклятий. Тогда ей досталось дело, которое чуть не поставило её в тупик: женщина подозревала, что на ней лежит проклятие, ведь за последние годы несколько близких ей людей утонули. На тот момент у Марлоу было мало опыта работы со смертельными заклятиями, но после расследования она выяснила: на женщину наложили проклятие, из-за которого любой мужчина, влюбившийся в неё, погибал.

Виновника отыскать оказалось несложно — типичный случай ревнивого бывшего, — и Марлоу сняла проклятие. Казалось бы, ничем не примечательная история, если бы вскоре после этого в лавке на Бауэри не появился мужчина в дорогом костюме, явно выбивавшийся из местной публики.

Он представился как Лушиан Уорнер и сообщил, что именно он создал то самое проклятие по заказу того самого бывшего. Его речь была полна завуалированных угроз и снисходительного презрения. Он назвал её маленькой девочкой, которая не знает своего места. Вся эта встреча оставила у Марлоу крайне неприятное послевкусие — начиная с того, что он вообще потратил время, чтобы её разыскать, и заканчивая его снисходительным, уничижительным тоном. Всё в нём кричало о человеке, который не мог вынести мысли, что кто-то оказался умнее него.

С тех пор их пути пересекались ещё не раз, и мнение Марлоу о нём ничуть не улучшилось. Он драл непомерные суммы за свои услуги, мог позволить себе роскошь, недоступную большинству обитателей Болот: щеголял в последней моде, лакомился дорогими деликатесами, а на опере и балете спокойно общался с аристократией Эвергардена. И почему-то считал, что всё это делает его выше остальных.

— Лучше бы я пошла договариваться с Бэйном, или со Жнецами, или хоть с Леонидасом, — мрачно проворчала Марлоу, когда они со Свифтом возвращались в Эвергарден. — Любой из них лучше, чем Уорнер.

Свифт издал согласный звук:

— Ну ещё бы. Этот тип с самого начала вёл себя как мерзавец, помешанный на том, что ты сорвала его проклятия. — Он тяжело выдохнул. — Никогда бы не подумал, что Орселла с ним работает.

— Уверена, он платит ей хорошо, — ответила Марлоу. — Но есть один плюс: я знаю, где он хранит свои ингредиенты.

Уорнер владел полулегальным заведением под названием Spirit Lounge у Мёдовых Докс, которое служило ему прикрытием и мастерской для создания проклятий.

Марлоу постучала ногтем по борту лодки:

— Нужно лишь придумать, как пробраться внутрь, пока он будет отвлечён. Забрать сердце и незаметно уйти.

— Но он знает нас обоих, — заметил Свифт. — Как бы неприятно мне это ни было признавать, но он действительно умен. Если один из нас попробует его отвлечь, он сразу что-то заподозрит.

— Значит, это не можем быть ни ты, ни я, — согласилась Марлоу. — И он не станет встречаться с первым встречным, пока не проверит его досконально.