– Я тот, кто не хочет, чтобы мальчик страдал из-за того, что вы сказали или сделали, и в чем вы, будучи трусом, не можете признаться.

– Полно вам! Вы ничего не добьетесь, налетая друг на друга!

Голос Корделии звучал гневно, почти повелительно. Но Джек вряд ли расслышал ее, потому что Уин бросился на него и толкнул в грудь – словно хотел ударить, но был слишком джентльменом, чтобы зайти так далеко.

– Подонок! – выкрикнул Уин.

– Уин, не надо!

Вопль Грейс пронзил слух Джека. Он зашатался и отступил назад, сохраняя равновесие.

Не обращая внимания на Грейс, Уин продолжал с кривой усмешкой:

– Крис здесь ни при чем. Вам наплевать на моего сына! Вы просто используете его, чтобы показать Грейс, какой вы герой. Так вот, хочу сказать вам, прежде чем Грейс поймет, что к чему, – вам нечего здесь делать!

Так почему бы не убраться отсюда? Это моя семья! И вас не касается, что происходит в ней.

– Уин! Как ты смеешь? – возмущенно воскликнула Грейс.

– Когда Грейс сама скажет мне, что я здесь нежеланный гость, тогда я послушаюсь ее. И если вы думаете, что меня волнуют лишь мои отношения с Грейс, то ошибаетесь. Мне на самом деле небезразличен Крис.

Сжатые в кулак пальца Уина взметнулись настолько внезапно, что Джек был застигнут врасплох. У него хватило реакции чуть отклониться, так что удар пришелся вскользь по краю челюсти.

Слепая ярость затопила Джека, и он нанес свой удар – удар, в который вложил всю силу своего гнева. Он с ужасом почувствовал, как его кулак ударился о кость, и увидел какое-то нелепое пятно – это была пола голубой в полоску рубашки Уина, вылезшей из-под пояса в тот миг, когда тот отлетел назад, нелепо махая руками в воздухе.

Потом туман рассеялся, и он увидел, что Уин лежит, распластавшись на ковре, в ногах у Корделии. Его подошвы касались изогнутых ножек кофейного столика, трясущийся локоть поддерживал вес тела, а предплечье покоилось на носках туфлей его бывшей тещи. Корделия сидела, вытаращив глаза, словно не знала, что делать – то ли помочь ему встать на ноги, то ли отстраниться с отвращением.

– Пошли к черту! Оба! – закричала Грейс. Ярость Джека тут же утихла. Он стал медленно разворачиваться в ее сторону. Она стояла прямая и клокочущая от гнева. Он двинулся было к ней, но тут услышал какой-то странный, булькающий звук, заставивший его обернуться к Уину. Тот пытался подняться с пола. Подогнув под себя одно колено и опираясь на другое, он стоял вполоборота к Корделии, напомнив Джеку викторианского рыцаря, просящего руки своей возлюбленной. Струйка крови текла из его орлиного носа.

Даже это у него получается красиво, как у голливудского каскадера, подумал Джек. Но что-то было не так с этим героем-любовником.

Уин плакал! Слезы катились по его щекам, оставляя блестящие следы.

– Уин, ты должен сказать им, что так взбудоражило Криса…

Грейс не дала Корделии договорить, она ринулась к Уину и рухнула на пол рядом с ним.

– Ради Бога, если ты что-то знаешь… Пожалуйста, пожалуйста, скажи! Даже если ты стыдишься этого. Мне нужно знать! Ведь в опасности его жизнь. Я знаю, что ты любишь Криса так же сильно, как я. И ты не хочешь, чтобы с ним случилось что-нибудь плохое!

Уин опустил голову. Слезы капали у него с подбородка, смешиваясь с кровью. Потом он заговорил низким горловым голосом:

– Он… Он хотел уехать домой. Поэтому я сказал ему о нас с тобой, о той ночи. Я думал, что это всего лишь вопрос времени, что мы снова будем жить одной семьей, под одной крышей. И если Крис будет у меня – словом, это заставит тебя поскорее решиться. Крис хотел поверить в это, но тоже боялся, что его надежды рухнут. – Он опустил голову еще ниже. – Я сказал ему, что если он вернется к тебе, я вряд ли смогу один содержать собаку. Я говорил это не всерьез – клянусь Богом, я никогда бы не избавился от Коди! Я был в отчаянии. Он знал, что я никогда не сделал бы ничего подобного…

Инстинктивная ярость, бушевавшая в Джеке еще миг назад, уступила место холодному гневу. Ему хотелось схватить Уина за горло и встряхнуть как следует. Но это не вернет Криса.

Джек подошел к Уину, который все еще пребывал в скрюченном состоянии, положив голову на согнутое колено, ухватил его за локоть и поднял на ноги, резко, но не грубо.

– Пошли, – сказал он отрывисто. – Нужно побывать во многих местах.

– Что?

Уин растерянно заморгал, в глазах у него все еще стояли слезы.

– Он не мог уйти далеко, ведь с ним собака. Можно исключить автобусы и поезда дальнего следования. Сомневаюсь также, что он уйдет далеко пешком, если даже станет голосовать на дороге. Предлагаю вслед за телефонными звонками навестить его друзей – он может скрываться у одного из них. Мы позвоним немного позже, узнать, появились ли у Лилы другие идеи.

Краем глаза он заметил, что Корделия встала и направилась в кухню. Через минуту она появилась с салфетками и кубиками льда. Быстро и ловко остановила кровотечение у Уина. Потом легонько подтолкнула его к Джеку, словно говоря: "А теперь иди, будь хорошим мальчиком".