Фролов вывел циферблат времени на переднее стекло. К подобным манипуляциям нужна привычка. Правильно разместить пальцы и согнуть именно так, а не иначе. Но он сейчас делал это, не задумываясь.

— Стоп-машина!

— Готово. Механизм исправен.

Критически оглядев стекло, командир СпаСа решился:

— Дежурный, свяжись со связистами. Пусть начинают.

— Есть начинать!

— Ник, идем.

Обратная дорога заняла меньше времени. Организм вошел в ритм. Тропинка знакома, руки-ноги шевелятся. В шлюзе из обдало очистительным дымом, затем заработал вентилятор. В Купольном зале его уже ждали. Крас подбежал первым:

— Бизон сказал, что через пять минут.

— Раздевайте!

Подскочившие техники расстегнули скафандр и вскоре Василий стоял в термобелье. Накинул джемпер и штаны и поспешил к связистам. И вовремя. Бизон уже нетерпеливо поглядывал в сторону двери.

— Выводите на большой экран!

Под камеру встал он сам. Разгоряченный и решительный!

Чего нельзя было сказать о Гаряне. У его-то вырубилось все, кроме настоящего канала. Василия же ударил в самое сердце интерьер помещения. Эта сука занял кабинет Соболева. Самый оснащенный по технике. Видимо, тут у чачей был штаб по захвату станции. Гнев быстро перерос в холодную решительность. Гарян также быстро пришел в себя.

— Кого я вижу! Сам командир, наконец-то, появился. Ты хочешь мне сдаться?

Гнусная ухмылочка проявилась на щетинистом лице брюнета.

— Ты отлично знаешь, что об этом никогда не будет речи. Я пришел договориться о времени.

— Каком времени?

Похоже, что новый Директор был сбит с толку. Он яростно кидал взгляды в сторону. Там, наверное, сидели его техники.

— Мне нужно пять суток, чтобы спокойно уйти со станции.

— Что? Тебе кто-то разрешал?! Вы воры и мятежники! Вы захватили Купол и незаконно вывозите наше оборудование и людей. Требую немедленно прекратить незаконные действия и сдаться властям.

— Ты что ли власть? Подскажи номер постановления после голосования.

Гарян набычился:

— Власть мне передал персонал станции. Потому что старая Администрация уже не справлялась. У нас появились проблемы…

— Гарян, прекрати истерику. — Фролов бы спокоен и холодно смотрел на камеру. — Ты убил мою жену и Пастора. Ты убил всех Директоров и их приближенных. Это мятеж.

Новый Директор гнусно ухмыльнулся:

— Власть берут, а не заслуживают. Вы были лишними в нашей пищевой цепочке. Ты точно. Но часть твоих людей бы мы оставили. После новой присяги.

— Не мечтай! Я даю тебе пять суток. Не трогать нас, лифты и дать спокойно уйти. Тогда последствий не будет.

Все-таки Гарян соображал быстро, или ему помогли. Ответная ругань застряла в горле.

— Что за последствия?

— Пусть твои люди оценят состояние Купола. Насколько он сейчас открыт.

Глава мятежников повернулся и отдал короткий приказ. Услышанное ему не понравилось. Глаза гневно заметались.

— Что ты сделал? И почему думаешь, что остановишь моих бойцов. Мы сильнее.

— Мы заблокировали механизмы Купола. Он не сможет закрыться обратно. Объясню на пальцах.Если нам не дадут уйти спокойно, и мы понесем неизбежные потери при исходе, то последние из нас подорвут створные механизмы взрывчаткой. Вы своими силами до зимы не сможете их закрыть. И потому все верхние этажи придется. Они просто напросто замерзнуть. В том числе и твой любимый Административный уровень.

Гарян что-то тихо прошипел, затем опомнился.

— Мы приложим все силы.

— Не получится. Думаю, уже никогда. Вы останетесь навечно внизу.

Новый Директор сменил тактику.

— И ты вот так легко бросишь людей станции?

— Она уже не моя. И я не несу никакой ответственности. А вот ты да. И начнешь свое директорство с катастрофы.

Гарян чуть не подскочил с кресла. Фролов ударил в самое больное место. Власть новой Администрации еще не прочная и такой удар она может не пережить. Это же придется срочно перестраивать все хозяйство станции.

— ты не посмеешь!

— Уже. Пять суток, Гарян.

Весь лоск и напыщенность маленького человечка куда-то сдулись. Лицо нового лидера побагровело, в глазах плескался гнев. Такому человеку нельзя давать власть. Василий уже заранее пожалел жителей С 25, но они сделали выбор. И он его уважал.

«Да будет так».

— Пять суток и запустим механизм обратно. У вас будет целая зима, чтобы разобраться с хозяйством Купола.

Это тоже угроза и первая глобальная проблема новой Администрации. В этом сезоне фито больше не будет. Придется бороться с болезнями детей и растений. Гарян отлично это понимал и потому набычился.

— Это слишком много. Три с половиной. Считая текущую половину.

Фролов кивнул:

— Договорились! И помни, что мы сделали запись разговора. Если что, вся станция будет знать, что ты виноват в их бедах.