— Но суть наших частных команд в том, что мы работаем по своему усмотрению, а не лезем в каждую горячую точку по вашему указу.

Полковник начинал злиться. В армии привыкли, что приказы просто исполняют, а тут возник спор.

— Это ваш долг перед родиной.

— Не припоминаю, чтобы давал присягу. Если нам светит апокалипсис, то лучше встречу его с семьёй. С той самой, которая теперь живёт в тесноте, потому что в маленьких городах сейчас жить опасно, а в администрации разводят руками.

— Сядьте, — приказал полковник.

— И не подумаю, — мужчина сложил руки на груди. Началась борьба взглядов… остальные что-то боятся вступить в разговор. Ну что же, тоже примем участие.

— Товарищ полковник, это и правда проблема для многих из нас. Все здесь каждый день рискуют жизнями, чтобы защитить свои семьи. Нам не платят большие гонорары, а Орда явно фокусирует удар на крупных городах. Многие из нас защищают родных.

Мужчина встретился взглядом со мной, даже первый повернулся.

— Первоочередная задача для нас — это обеспечить нормальное функционирование критически важных для страны отраслей, — вкрадчиво пояснил полковник. — Или сохранить цивилизованное общество мы не сможем. Все частные команды, за исключением добровольцев, здесь находятся потому что полагаются на поддержку СПО. Используют наш транспорт и топливо, получают информационное и медицинское обеспечение. Вы вправе отказаться от выезда, но в таком случае вы не сможете дальше пользоваться поддержкой СПО.

По залу прокатилась волна шепотков.

— То есть, хотите окончательно разделить, скажем, государственных одарённых и частных, — заключил я.

— Только тех, кто не готов работать на всеобщее благо. Сядьте или покиньте помещение, брифинг ещё только начался.

Я сел на место, не имея более вопросов. Интересно, а таких «частников» как Серебрякова, которая тоже наверняка постоянно пользуется казённым транспортом, послали бы по приказу?

Каменщиков слегка толкнул меня, понизив голос.

— Поедешь с нами? Или ты отказываешься?

— Так и скажи, на Урале жопа и может примчаться монстр, который положит всю группу, — невесело усмехнулся я. — Наверняка ведь Ушаков всё подстроил.

Слишком последовательно всё произошло: отзыв неограниченного доступа к информации о проломах и, что важнее, их «бронирования». Слишком грубое слово казалось неуместным, но суть в том, что команда гарантировала закрытие врат и потом давала отчёт. А на место без необходимости не посылали дополнительные силы. Сразу за этим попытка забрать мотоцикл, необоснованная блокировка аккаунта Юры на аукционной площадке и моментальный бан при попытке скопировать объявления на другой.

И вот финал — он решил отправить меня в горячее место.

Я и сам думал поехать на Урал, услышав о ситуации там. Правда полковник, начавший рассказывать о сложившейся там обстановке, подтверждал неприятное известие от Воронова — из-за обилия летающих противников в небе опасно. Одарённых, способных сражаться в воздухе мало, и они могут лишь не допускать распространения подобных существ.

Однако проблема в исказителе. Пока он есть, я никуда не отправлюсь.

Полковник описал примерную зону, захваченную монстрами. Указал на то, сколько городов пришлось эвакуировать и пояснил примерную стратегию зачистки. Надо заметить, в аудиторию набилось человек шестьдесят навскидку. Каждый из них — лидер отряда. Как правило это восемь — двенадцать человек. Лишь иногда пятёрки, обычно действующие совместно с кем-то. Итого это отправка подкрепления из примерно пятисот опытных одарённых, прошедших уже не один десяток боёв.

Для состава армии — капля. Среди одарённых — существенный боевой ресурс. Не стоит забывать, что около десяти процентов одарённых боги сразу наградили уровнями, и как правило делали это по отношению к имеющим высокий потенциал. Именно подобные приняли первый удар.

К тому же большой вопрос, единственная ли это группа?

— У кого-то есть вопросы, НЕ связанные с отправкой частных групп? — наконец спросил полковник Климов.

Я сразу же встал, вновь привлекая внимание.

— А что с исказителем?

— Вы осведомлены об этом существе? — нахмурился военный.

— Вполне. И не сомневаюсь, что он готовит новый удар. Причём такой, в котором сам не покажет лица.

— Это вне вашей компетенции, — отрезал полковник.

— Что если после отправки случится повторение нападения на Коломну? Когда примерно полтысячи ветеранов в полутора тысячах километров?

— Это вне твоей компетенции, солдат. Приказы не обсуждаются, — повторил военный.

Что же… от него я ничего не добьюсь. Он военный старой закалки, вряд ли привыкший к новым реалиям.