Шрифт:
— Пару верст — да. А дальше — по гати.
— Ну, тогда садись, да держись крепче!
Ох, каким завидущими глазами посмотрели ребята на Машу! А та показала им язык, подоткнула юбку да закинула косу за спину…
Покатили!
Да, через пару верст «Дукс» пришлось оставить… Дальше шла гать!
— Вон, видите — сосна! Прямо на нее идти надо. Там — островок. А вон — дуб… Туда — ни ногой! Аню-ута! Ау-у! Аню-ута! Ой…
Девушка вдруг осеклась, нагнулась… и вытащила из осоки мокрые скаутские ботинки!
— Анюткины боты… А вон там…
Что-то зеленело на лужайке, совсем рядом, в трех шагах…
— Стойте, Иван Палыч! Туда нельзя — трясина! Палкой надо…
Палкой доктор и подцепил. Шляпа! Со скаутской желтой лилией и ландышами…
— Анютина шляпа! Это она ландыши прицепила. А вон тина взбаламучена! Иван Палыч! Неужели…
На глаза девушки навернулись слезы.
— Давай-ка в лесочке еще посмотрим, — не давая Маше раскиснуть, предложил доктор. — Ты — слева, я справа…
— Ага…
Неужели, Анюта утонула? Сгинула, пропала в трясине. А все на то и указывает! Господи… Анютка, Анютка… Вот тебе и разведчица… Вот тебе и шпионка! Да как же так…
Сзади вдруг затрещали кусты. Доктор обернулся — медведь? Да нет, все спокойно… А если Анюта спаслась, добралась до островка? Та-ак… а это что? Явно следы… У самой трясины! Хотя…
— Иван Палыч… — тихо позвали сзади. — Повернись… Только громко не говори!
Та-ак… это еще кто? Леший?
Доктор медленно повернулся:
— Господи! Петр Николаевич! Господин штабс-капитан…
Петр Николаевич Лаврентьев, бывший становой пристав, с марта скрывающийся где-то в здешних местах вместе с урядником Прохором Деньковым! Одет по-крестьянски — косоворотка, овчинный жилет. Бородой зарос! Но, узнать все же можно.
— Тсс! Иван Палыч, жди здесь. Сейчас девчоночку тебе приведем. Насилу успели из трясины вытянуть!
— Девчонка? Анюта? Что же она в трясину-то…
— Да, она и есть, — беглый пристав поиграл желваками. — Игра, говорит, военная. Маршрут нарисован! Я бы тому, кто его рисовал, голову бы свернул своими руками. Азимут по болоту точнехонько на старый дуб выведен. На верную смерть послали девчонку!
Глава 19
Понимая, что вмешивать в это дело других детей ни в коем случае нельзя — расскажут или ненароком проболтаются Рябинину, — Иван Павлович обратился к своей спутнице:
— Маша, ты иди обратно к мотоциклу. Помнишь где он стоял?
— Помню.
— Вот там и жди меня. И никуда не уходи. Поняла?
— Поняла.
Девочка убежала. И весьма вовремя. Лавреньтев вернулся скоро. Вместе с ним — Анюта Пронина, вся в грязи, но с удивительно спокойным лицом, будто и не случилось ничего. Однако, увидев доктора, девочка все же смутилась.
— Иван Павлович! Ошиблась я! Простите меня. Не догадалась, думала и в самом деле игра. Увлеклась этими скаутами, хотела награду получить…
— Анна, не кори себя, — успокоил ее доктор. — Главное, что живая.
— Спасибо господину Лаврентьеву, — кивнула девочка, глянув на бывшего пристава.
Тот, обросший, с бородой, в драном армяке, больше походил сейчас на бандита, чем на представителя власти.
— Если бы рядом нас не было, то считай все, пропала бы… — Ответил тот. — Я в лесу был, услышал крик — вытащил. Девчонка крепкая, не раскисла. Молодец!
— Испугалась? — спросил доктор.
— Не испугалась я, Иван Палыч! Только мокро и холодно было. А господин Лаврентьев — как богатырь, за руку схватил, вытащил! Одним рывком!
Рябинин…
Иван Павлович невольно сжал кулаки. Ирод, настоящий ирод! Ребенка на верную погибель отправить…
— Аня, расскажи как все произошло, — попросил Иван Павлович.
Анюта, шмыгнув носом, начала.
— Я за Степаном Григорьичем следила. Он последнее время какой-то нервный стал. Все хдил, ходил… Я поняла, что дело не чисто. Вчера после обеда он ушел куда-то. А я решила в его палатку заглянуть. Там и бумаги эти нашла.
— Какие бумаги?
— На фальшивый госпиталь № 27! Там прошения, письма в органы — за помощью, за деньгами. Всё фальшивое, подписи кривые, печати размытые.
— А с чего решила, что фальшивые?
— Так он их несколько штук делал, подчерк вырабатывал. У него даже отдельный листик был — он там тренировался подпись делать, и с большой закорючкой, и с маленькой, и без нее — словно бы выбирал какой лучше подписать документ. Одни зачеркнутые, другие напротив выведены несколько раз — ну точно выбирал. Я хотела подсмотреть ближе, но он вошёл неожиданно. Спросил что я тут делаю, я соврала, что перепутала палатки. Но, кажется, он не поверил… Поэтому видимо и отправил сюда… это я только сейчас поняла…