В пятидесяти ярдах от его левого плеча стоял припаркованный и готовый к полету "Гольфстрим G550" компании "Хендли Ассошиэйтс", хотя в настоящее время у него не было плана полета. Капитан Рид и первый помощник Хикс сидели в кабине, а Адара Шерман готовила каюту, хотя они понятия не имели, куда могут направиться.

Динг посмотрел на свои часы "Люминокс". Наполненные газом трубки светились здесь в темноте, сразу за пределами остаточного освещения, излучаемого самолетом в пятидесяти ярдах от них.

На носу девять часов.

В этот момент из темноты выросла фигура. На Кларке было черное пальто с капюшоном, а вот багажа не бвло вообще. Он выглядел, словно наземный служащий аэропорта.

— Дзинь, - сказал он, коротко кивнув.

— Как ты, Джон?

— Я в порядке.

— Длинный день?

— Ничего такого, через что я не проходил бы уже сотню раз. Хотя в моей собственной стране такого обычно не случается.

— Это гребаная чушь.

— Спорить не о чем. Есть новости?

Чавес пожал плечами.

—Совсем немного. Белый дом использует тебя, чтобы добраться до Райана. Понятия не имею, знают ли они о «Кампусе» или о том, что вы работали в Хендли Ассошиэйтс после ухода из Агентства. Обвинительный акт был засекречен, и никто ничего не говорит. Если о существовании «Кампуса» известно или есть подозрения, люди Килти помалкивают об этом. Они ведут себя так, словно это какое-то нераскрытое уголовное дело, которое только что перетрясли и выпало твое имя .

— Как насчет семьи?

— С Сэнди все в порядке. Мы все в порядке. Я буду присматривать за ними, и если кто-нибудь придет за мной, Райаны возьмут заботу на себя. Все шлют свою любовь и поддержку.

Кларк кивнул и выпустил струю пара, которая засияла в свете ламп вспомогательной силовой установки.

Динг указал на "Гольфстрим".

— И это прислал Хендли. Он хочет, чтобы ты скрылся.

— Я не собираюсь вдаваться в подробности.

Чавез задумчиво кивнул.

— Тогда тебе понадобится помощь.

— Нет, Динг. Мне нужно сделать это одному. Я хочу, чтобы ты был с «Кампусом». Сейчас слишком много всего происходит. Я сам разберусь, кто за этим стоит.

— Я понимаю, что ты хочешь держать лавочку закрытой, но позволь мне пойти с тобой. Кэти Райан позаботится о том, чтобы с Сэнди все было в порядке, пока нас не будет. У нас отличная команда, и я понадоблюсь тебе, чтобы прикрывать спину.

Кларк покачал головой.

— Ценю это, но «Кампус» нуждается в тебе больше, чем я. Темп слишком высок, чтобы мы оба могли уехать. Я проверю по другим каналам, если мне понадобится помощь.

Чавесу это не понравилось. Он хотел быть рядом со своим другом. Но он сказал:

— Вас понял, Джон. Автобус номер 550 доставит куда пожелаешь.

— У вас на борту есть чистый паспорт для меня?

Теперь Динг улыбнулся.

— Да. И не один. Но у меня есть кое-что еще на борту на случай, если тебе понадобится совершить серьезное скрытое проникновение, не оставив никаких бумажных следов .

Кларк сообразил.

— Капитан Рид знает об этом?

— Да, и она подчинится. Мисс Шерман устроит тебя.

— Тогда, наверное, мне лучше идти.

— Удачи, Джон. Я не хочу, чтобы ты забывал. Когда угодно. Где угодно. Ты говоришь слово, и я появляюсь у тебя на плече. Ты понял?

— Я понял и ценю это.

Мужчины пожали друг другу руки, а затем обнялись. Через несколько секунд Джон Кларк направился к "Гольфстриму", а Доминго Чавес смотрел ему вслед, уходя под дождем.

Самолёт, Хендли Ассошиэйтс "Гольфстрим" вылетел в Бангор, штат Мэн. Это не был его конечный пункт назначения, но он служил временной перевалочной базой, местом для дозаправки и ожидания до следующего полудня, когда они отправятся в Европу. Джон Кларк не покидал борт самолета, хотя экипаж зарегистрировался в местном отеле, чтобы провести остаток вечера и следующее утро.

В их первоначальном плане полета было указано, что они направляются в Женеву, но они внесут в него изменения в полете. Таможенный досмотр при отправлении в Бангор прошел без проблем, несмотря на то, что лицо Кларка показывали в новостях последние двадцать четыре часа. Накладные усы и парик вкупе с костюмными очками с толстыми линзами делали его неузнаваемым человеком на телевидении.

В среду в пять часов вечера самолет G550 вылетел на взлетно-посадочную полосу 33, накренился на северо-восток и начал долгий полет над Атлантикой.