Гагер напрягается, и в первые его глаза широко раскрываются. На мгновение он теряет свой хладнокровный вид.

— Уничтожил Лича? Руководителя Боевого материка?

— Да, — спокойно подтверждает Ясен, свернув свиток и положив его на стол. — Причём прямо в его Костяном замке. Конечно, там присутствовали ещё двое наших Организаторов, но финальный удар нанёс именно лорд Данила.

Гагер молчит, его лицо каменеет. Затем медленно поднимается из-за стола. В напряжении скул и блеске глаз читается с трудом сдерживаемая ярость. Он коротко кивает Ясеню и мне.

— Что ж, лорд Филин, — выдавливает. — Не буду мешать вашим переговорам с Организацией. А мы ещё поговорим.

Он поворачивается на каблуках и уходит, стараясь сохранить достоинство. Походка выдаёт плохо скрытую злость. Это не унылая утка, как Годунов. Это разъярённый хищник, который планирует скоро ударить.

Ясен наблюдает за удаляющимся дроу, а затем переводит взгляд на меня.

— По-моему, у вас скоро будут большие проблемы. Но если вы примете нашу защиту и войдёте в Организацию, даже лорд Гагер сто раз подумал бы, прежде чем вмешиваться.

Я расслабленно улыбаюсь, опираюсь ладонью на стол:

— Благодарю за предложение, лорд Ясен. Но я не привык основывать свой выбор, с кем сотрудничать, на страхе или иллюзии безопасности. Такие вещи слишком переменчивы, а верность, зиждущаяся на них, ненадёжна и недолговечна.

Ясен хмыкает, качает головой, но, кажется, спорить не собирается. Чтобы смягчить напряжение, я с лёгкой улыбкой добавляю:

— А пока советую попробовать местные блюда. У них в меню есть грибы, уверен, они великолепны, как и вся здешняя кухня.

Друид медленно кивает.

— Хорошо, попробую, — говорит он, а затем добавляет с намёком на заботу. — Но вам срочно нужно принять меры по самозащите. Лорд Гагер по-юношески вспыльчив, несмотря на прожитые века.

Я внимательно смотрю на друида.

— Что ж, тогда я последую вашему совету.

Подзываю официанта и указываю на оставшиеся пирожки Годунова:

— Заверните с собой, пожалуйста.

После этого поднимаюсь из-за стола, коротко прощаюсь с Ясенем и дожидаюсь у стойки аккуратный пакет с выпечкой Направляясь к своим машинам, я уже знаю, что сделаю дальше.

В машине я устраиваюсь на переднем сиденье и коротко отдаю приказ:

— Срочно едем в аэропорт. Забираем Лакомку и возвращаемся домой.

Позади слышится шорох — Света, Настя и остальные переглядываются. Первая нарушает молчание Света:

— Даня, ты думаешь, этот лорд Гагер нападёт на нас?

Я смотрю вперёд, на движущийся по встречке транспорт:

— Если и нападёт, то не сразу и точно не в открытую. Он прекрасно понимает, что прямое нападение вызовет ненужные вопросы у Багрового Властелина. Скорее всего, это будет что-то скрытное: наёмники, подставные лица или какая-то хитровывернутая ловушка.

Настя хмурится, её голос звучит напряжённо:

— Почему ты так уверен? Ведь он уже нападал на тебя — и вполне открыто.

Я вздыхаю и поясняю:

— Как выяснилось, та атака была не попыткой меня убить, а способом давления. Он хотел убедить меня принять его патронаж, продемонстрировать свою силу. Теперь всё иначе. Лорд Гагер прекрасно понимает, что устранить человека, которым заинтересовался Багровый Властелин, — значит навлечь на себя большие проблемы. Но я задел его гордость. А у таких, как он, это не прощается.

Я делаю паузу, позволяя сказанному осесть в тишине.

— Гагер обязательно попытается что-то сделать, — заключаю я, глядя на дорогу. — Но повторяю: это будет скрыто. Открытая вражда ему сейчас невыгодна.

Света грустно вздыхает, её взгляд устремлён в окно:

— Ну, зато, Даня, ты хотя бы треску поел.

Обернувшись, усмехаюсь. Достаю из пакета несколько аккуратно завернутых свёртков.

— А я для вас пирожков из «Марьино» захватил, — говорю, протягивая девушкам.

Настроение в машине мгновенно меняется. Девушки оживляются, вскрывают свёртки, и из пакета вырывается аромат свежей сдобы.

— Вау, ты лучший! — радостно восклицает Настя, рассматривая десерты так, словно это драгоценности.

Я улыбаюсь, наблюдая за их неподдельной радостью, и, чуть хитро прищурившись, добавляю:

— Знаете, оказывается, почему я выбрал именно «Марьино»? Потому что там делают лучшие сдобники во всей Москве.

Света, с набитыми щеками и глазами, сияющими от восторга, смотрит на меня с искренним восхищением:

— Даня, ты настоящий добытчик!

— Лакомке только оставьте один, сладкоежки.