Будет ли замена в команде противника?

Нет, остальные пчелы, что в начале этого раунда выступили в качестве зрителей, а было таких десяток, продолжали недобро гудеть, но вмешиваться не спешили.

Значит, оставшаяся парочка обречена, алгоритм-то рабочий. И не прошло много времени, прежде чем удалось ссадить последнего противника на песок арены. Почему арены? Уж больно, похоже, всё организовано. Песок, чтоб впитывалась кровь; закруглённое пространство; единственный вход, хотя пчёлы им пренебрегают; трупы опять же после схватки убирают, чтоб не мешались под ногами.

Отстранённое наблюдение за собственными мыслями не помешало мне лупить насекомое по голове, и наблюдать, как хитиновые серпы, которые по недоразумению оказались на башке у этих полосатых убийц, приводят в негодность плотную куртку. И радоваться, искренне радоваться, что посягнувшая на мою голову тварь не смогла прокусить кости черепа. И в шею, слава Богу, она не вцепилась, а то бы меня уже доедали. Или пчёлы делают запасы?

Вопрос, конечно, интересный, но уж больно момент не подходящий, чтобы на него отвлекаться. Всё-таки я тут немножко занят, и все мысли, эмоции и чувства, которые не направлены на выживание сейчас только мешают. Но это не балласт, а топливо, что сгорая во внутреннем огне, на удивление делает меня только спокойней.

Труп достаточно бодро потянуло по песку в сторону ближайшего из костров. Кожанку при этом пчела отпустила, или, скорее та сила, что втягивала останки в огонь, отцепила насекомое от моих вещей. За это ей, несомненно, большое спасибо. Без такой крепкой курточки было бы совсем кисло. У меня, конечно, еще ветровка есть, но там материал гораздо тоньше, надолго спортивки не хватит.

Счёт по сумме двух раундов уже 4–0 в мою пользу, но преждевременно радоваться я не спешил, ведь выигрыш по очкам мне не светит. Полосатым достаточно всего одного результативного действия, что бы одержать победу в командном зачёте, в связи с утратой соперника.

Пока, вновь отвлёкся на какую-то кашу в голове, пчёлы выставили новую группу уже из четырёх особей. И опять они начали разлетаться, чтобы меня окружить, но на этот раз, двигаясь парами.

И это было плохо. Для них.

Прыжок с выставленным клинком вперёд к правой двойке и замах курткой за спину. Не клюнули, жаль. Еще один прыжок к отпрянувшим насекомым, что начала подниматься в небо, уходя от горизонтально взмаха клинком. И попали под догоняющий выпад кожанкой, что завершила полный оборот у меня над головой.

Повернувшись на месте, вслед за движением тесака, я не смог вовремя докрутить потяжелевшую одёжку, чтобы и вторую пару приласкать, но вот махнуть железкой, сбивая разгон полосатым, успел.

А отпрыгнуть еще ближе к ограде и впечатать куртку в песок проблем не составило. Хорошо, что пчёлки крепко держаться. Какие они всё-таки молодцы, надо бы их примировать. Железом в голову, например.

Дальше, всё повторилось. Взмах куртейкой на встречу одной пчеле, привёл к зацепу, а взмах тесаком заставил вторую уходить вверх. Но отпускать её в мои планы не входило, поэтому прыгнул к ней навстречу, давая возможность вцепиться лапами в клинок. И она таки сделала это.

Вообще, эти насекомые оказались мечтой пчеловода-маньяка. Манёвренные, быстрые, с отличными рефлексами. И очень предсказуемые.

Бить одной пчелой другую, оказалось тем ещё извращением, но подставлять ноги под их челюсти, мне показалось куда худшей идеей. Да и добить нужно было только одну. На её товарку, что держалась за тесак, у меня были планы, и, стуча ей об землю, с третьего раза получилось направить потяжелевший клинок так, чтобы отрубить пчеле крыло и половину лап. Не совсем удобно, но необходимо. Уж слишком многообещающе гудят за заборчиком ждущие твари.

Судя по всему, эти пчёлы обладали каким-то разумом, пытались учиться и могли адаптировать тактику. И до чего додумается пчелиный сумрачный гений, я решил не проверять. А потому подскочив к ограде, махнул через неё пожёванной курткой.

Пара пчёл зацепилась, и не смотря на то, что остальные перелетели ограду, ситуация в целом оставалась приемлемой. Ровно до момента, когда умерщвлённые насекомые не отцепились от одежды, а выдернув её у меня из руки, скрылись вместе с ней в пламене костра.

Ну, да не курткой единой. Правда, только я начал стягивать ветровку, как пчёлы всё правильно поняли, и пошли в наступление.

Пришлось уходить в сторону неуклюжими перекатами. Хорошо, хоть догадался руку с оружием за голову вытянуть, чтобы не зарезать себя ненароком.

Полосатых убийц мой ход если и смутил, то виду они не подали. Лишь немного замедлившись, хранители мёда легли на новый курс, и с неумолимостью пчелиного возмездия пошли в атаку. И самую резвую из них встретил кроссовок.