Часть таких конструктов действительно была внутри ритуального узора, ведь рунный телепорт тем стабильнее, чем крепче его материальная основа.

Шелгрим строили многие здание в этом городе, и сейчас отряд из двух десятков мехов и дюжины лёгким големов находился в подвале ресторана. Всего в нескольких зданиях от обелиска.

Ближе поместить заготовку, к сожалению, было нельзя, так как первые два круга зданий полностью контролировались людьми Адмирала. И создавали не только административный центр регистрации прибывающих и убывающих туристов, торговцев и наёмников, торговые лавки, что выкупали продукцию в пользу города, а так же склады временного хранения всякого разного, что не жалко потерять, но и оборонительный периметр на случай атаки со стороны обелиска.

Или попытки прорыва к нему.

* Примерно в то же время *

И снова ему повезло.

Оказалось, что в этих пещерах не только водятся крупные грызуны, но и растут знакомые ему лишайники. По крайней мере, часть из того, что он видел он смог уверенно опознать, и сделать пару так необходимых сейчас составов.

С остальной подземной флорой, конечно, придётся экспериментировать, но только после того, как получится наладить поставку хоть какого-то мяса. Огров-то одними насекомыми и грибами не прокормишь, да и орки на такой диете долго не протянут. А значит, скоро возьмутся за самых слабых и бесполезных. Сразу, как закончатся припасы и кобольды, чьё поселение оказалось на другом берегу подземного озера. Пока они еще отправляют патрули в их сторону, но вечно это продолжаться не может.

Он, конечно, не будет первым на очереди в котёл, помощник алхимика, как никак, да и токсичность у него повышенная, но лучше не доводить до ситуации, когда на него начнут поглядывать не только для того, чтобы отвесить пинка. Поэтому и старался Фёр изо всех сил.

И съедобные грибницы рассадил, и кучи отходов пахучими ловушками для крыс сделал, и прикормку для рыбы сварил.

И всё равно нервничал.

Хотя, к нему никто и не лез, и для всех его действия выглядели, как копошение в куче отходов, но таковыми они были только отчасти. Ведь он выращивал плесень. Различные её сорта.

В этих пещерах было влажно и тепло, а изобилие органических отходов в качестве питательной среды отлично подходило для ряда грибов. Тех самых, что порой вызывали проблемы у той банды, на которую он горбатился.

Ничего критичного. Так мелочи. Но неприятные. То сыпь, то запоры, то стояк.

Все нервничали, но причину найти не могли. Пока не могли.

К процессу приготовления пищи его естественно никто не подпускал, но для летучих составов оно и не нужно. А так как в этих пещерах росли еще не известные ему растения, то банду Рыга ждали новые увлекательные приключения.

И рано или поздно, а скорее всего рано, кто-то да обратил бы внимание на изменение его уровней, и если для обычных бойцов в этом не было бы ничего удивительного, то вот Мугур всё поймёт правильно. Он ведь Фёру доверяет только разделку. И дегустацию. От такого зельевар не будет расти в уровнях.

Это была проблема. Большая проблема, которая решилась сама собой.

Делая составы для приманивания и усыпления грызунов, можно спокойно объяснить, почему прокачивается этот класс.

Можно сказать, что ему снова повезло, и скудность пищевых запасов банды дала ему возможность легально развиваться, ведь иначе пришлось бы свернуть все эксперименты. А то уж больно стремительным был рост уровней в том пространстве, где они оказались.

И прогресс класса травник это наглядно демонстрировал. Да, что там травник, ему даже класс охотник присвоили, за его примитивные ловушки, когда в них начали попадаться грызуны.

Мама бы гордилась.

Вносу привычно защипало, и так же привычно Фёр взял себя в руки.

Никто не должен знать, что у него на душе. Никто. Знание сила. Эту силу могут использовать ему во вред. А он и так слишком слаб, чтобы давать врагам дополнительный повод для глумления.

Хватит и того, что они знают это ненавистное прозвище.

Повздыхав над этими мыслями Фёр, хрустнув спиной, распрямился.

Невысокий, метра полтора всего, он теоретически еще мог подрасти.

Если его не убьют. Если не доконают отвары, которые его заставляет дегустировать его непосредственный начальник. Если не съест какой-нибудь монстр. Если не загнётся с голоду. И если в банде не поймут, кто над ними эксперименты ставит.

Тогда, может быть, он и сможет дожить до возраста, когда орки получают взрослое имя. Хотя он был орком лишь на половину, но момента, когда он сможет избавиться от глупого и обидного детского прозвища он ждал всей душой. Главное к этому времени быть полезным, а лучше незаменимым. Тогда новое имя будет отражать именно это. А детские обиды останутся позади.

Дети бывают жестоки. Дети в селениях орков воспринимают насилие, как норму. А уж хилому полукровке, что всегда лез в драку, когда дразнили его мать-рабыню, было на роду написано, стать объектом для травли. И не дожить до взрослого возраста.

Но Фёру повезло. Их кочевье разграбили, до того, как его пустили под ритуальный нож. И когда, захватившие их стойбище, соседи решали судьбу живого товара, ему снова повезло. Ведь его уровни в тех классах, в которых его натаскивала мать, оказались не достаточно высоки, чтобы имело смысл пускать его на ритуал поглощения прямо сейчас, но уже достаточно прокачаны, чтобы простое убийство было расточительством. А врождённая ядовитость надёжно уберегла от котла.