— И какую гарантию ты собираешься мне предоставить, чтобы я согласился вообще рассматривать твоё безумное предложение, которое нужно урезать минимум втрое.

— Все мои уровни. Все 190. И обязательство не вести никакой деятельности на территории твоего сектора, уж больно там не спокойно. Но только ты оговорился, не втрое, а не треть. И выбирать разумных я буду сам.

— Список для выбора той половины людей, что сейчас находятся в деревушке, я тебе передам, когда окажусь в своём городе. Нет, нужных бумаг под рукой. Да, и кристалл знаний, придётся тебе выбирать из тех, что есть в моей сокровищнице. Система просто не продаст мне ничего за пределами моих классов.

— Хорошо я потерплю, пока ты не вернёшься в свой милый городок, и прикажешь одному из своих помощников купить два нужных мне кристалла. Да и список подожду, но только двое суток, с момента заключения нашей сделки. А пятнадцать миллионов ты можешь и сейчас перевести. Не хочешь, кстати, это оформить, как выплату репараций по случаю твоего поражения в объявленной мне войне?

Скрипеть зубами, играть желваками, пучить глаза и брызгать слюной, было глупо. И бесперспективно. Как, впрочем, и бросаться угрозами. Поэтому, продолжая улыбаться, Адмирал закрутил пальцем ус.

— Возможно. У меня ещё будет время над этим подумать. А теперь давай-ка пройдёмся по условиям договора, по которому в течение времени нужного мне на возвращение, никто из нас не будет предпринимать враждебных действий в отношении друг друга ни лично, ни через подконтрольных или даже нанятых через посредников разумных.

Дальнейшие переговоры напоминали беседу двух старых друзей. Вежливые улыбки, учтивые обороты, радушные взгляды.

Но не было ни капли сомнений ни у одного из собеседников, что если бы дело происходило не в пространстве обелиска, то один из них был бы уже мёртв. И оба понимали, кто именно стоял бы над трупом врага. Именно врага, которого сейчас нет возможности достать, но которому ничего не забудут. И это тоже оба понимали.

Закончив выверять формулировки, и заверив Системой новый контракт, как только изображение седого парня пропало, Амадо прикрыл глаза. А когда открыл, то в них плескалась чистая ярость.

Благо у него под рукой были те, на кого её можно выплеснуть.

Первым делом, Адмирал оплатил сканирование пространства, которое покрывала его контрольная сфера.

Гномы, големы, вместилище духа, ритуальные круги, стационарные барьеры, огневые точки, ловушки и всё остальное развернулось перед ним в трёхмерной модели.

А так же город под ним.

С него он и начал, выдёрнув в пространство обелиска какого-то нищего с минимальным количеством уровней. И предложив за плату открыть свою память, обозначил в качестве альтернативы появлении на высоте нескольких сотен метров над землёй.

Да, принудительное выталкивание из пространства обелиска, как и принудительное втягивание стоили денег. Всего лишь империалов, и просила Система их тем меньше, чем слабее был объект воздействия.

Поэтому начав с нищих и последовательно перейдя на представителей местных банд, потом мелких торговцев и стражников Адмирал составил своё представление о Четырёх Башнях.

Но на этом не ограничился и оплатил справку по миру Карон в целом и республике Куатрифолио в частности. После чего снова начал минировать казармы местной стражи, настенные башни, гильдию магов и прочие укрепления и скопления живой силы противника, одновременно с этим продолжая выдёргивать в пространство обелиска разумных, но уже из наёмников и служебного клана волколаков.

Да, местные полуволки были химерами, выступающими в качестве общих подчинённых тогда, когда доверить дело кому-то со стороны было нельзя, а слугам кого-то из конкурентов тем более.

Ограниченные в свободе принятия решений еще на этапе создания эти существа физически не могли ослушаться своих хозяев, как и причинить им вред. Даже, если об этом прямо приказывал другой разумный, имеющий на это право. В таком случае в дело вступал протокол безопасности, позволяющий волколаку умереть, отправив астральное послание своим старейшинам, которые уже и сообщали представителям настоящих правителей республики о случившемся инциденте.

Вершиной карьерной лестницы для таких химер было становление внешним слугой одного из правящих родов, что с одной стороны делало этого конкретного недооборотня полностью зависимым от принявшего его Дома, но с другой стороны, хоть как-то защищало от произвола со стороны других благородных фамилий.

Система хоть и не без изъянов, но вполне рабочая, и главное позволяющая решать внутренние противоречия за счёт безотказных слуг.

Как, например, и в ситуации с позицией властителя города, оказавшегося в Тренировочном Лагере.

Потому что в силу сложившихся обстоятельств, если основным выгодополучателем будет представитель одного из благородных семейств, то остальные, не желая его усиления, гарантированно подставят хозяина города и всю его родню под санкции Системы. Это было понятно сразу и всем посвященным в дела управления республикой.