Впрочем, гости и сами с усами. Главы семей быстро сориентировались, что появление незваного чужака из пустого места явно не часть хозяйского представления, и за какие-то секунды повскакивали с мест, выстроили разрозненные, но очаги обороны, закрыв собой своих родных. Дети и жены, демонстрируя дюжую ретивость, укрылись за ними. Видать, и впрямь нападения тут в порядке вещей. Люди точно знают, как на них реагировать и готовиться к ним.

Невозмутимым остался лишь наш стол, да и то, с натяжкой. Настя с Катей сорвались слаженно, будто подобная ситуация для них в порядке вещей или была отработана раньше. Одна подскочила к Ветране и встала за её спиной, другая оказалась подле Милославы. Мигом позже в руках обеих девушек оказались пистолеты незнакомой мне конструкции.

Хозяева дома всем своим видом показывали, будто всё идёт по плану и даже бровью не повели. Повела ею лишь Алина, но и только. Её же родители остались спокойны, хотя из кобуры Святогора на колени перекочевал короткоствол.

А я просто не знал местных реалий и решил не пороть горячку, предварительно в ситуации разобравшись. Появившийся из ниоткуда хмырь внушал отвращение и отторжение, но руки его были пусты, а потому создавалось обманчивое чувство безопасности.

Пора отвыкать мыслить земными категориями. Раз тут местные способны херачить колдунством направо и налево, наличие или отсутствие в руках оружия ещё не показатель уровня исходящей угрозы…

— Надо же, какие гости… — невозмутимо пробормотал светлейший князь Морозов. — Пелагий Любомирович собственной персоной, хоть и названной… Ну, что ж. Никто не упрекнёт род Морозовых в отсутствии должного гостеприимства! Мало ли, сколь значимым поводом стопы привели сюда аж самого оружничего Императорского двора? Добро пожаловать, боярин! Отпотчуй с нами, чем Бог послал! Хотя, вижу, уже так набрался, что на себя всё пролил…

Ухо зацепился за имя персонажа, взрезавшее слух. Для меня в этом мире всё в диковинку, а потому какое-то время по инерции продолжу подмечать всякое непривычное, включая не слишком расхожие у меня дома имена. Конкретно сейчас сознание не могло не отметить, что имя гостя оказалось тождественным отчеству намедни умерщвлённого одноразового противника.

Кажется, последнего Ветрана именовала «Дмитрием Пелагиевичем». Да и, если присмотреться, некоторые черты сходства просматриваются даже сквозь заросшую морду лица. Не могу сказать, будто боров откормил себе харю. Просто грузный тип.

А ещё противный. Буде я деловым человеком, дела бы с ним отказался вести уже только из-за его внешности. Не знаю, почему, но лично мне это хрен моржовый с первого взгляда не понравился. Пожалуй, на фотороботе он смотрелся в куда более выигрышном свете.

— На костях пируешь, Властислав Иванович, — медленно протянул низким злым голосом визитёр, процедив сквозь зубы. — А ведь по-доброму тебя сважал…

— Это на чьих же, с позволения сказать, костях я пирую? — деланно удивился хозяин имения и окинул руками задний двор с гостями, занявшими оборонительные позиции вперемешку с гвардейцами рода. — У меня все живы, здоровы. Жена. Дети. Гости. Дорогие други рода. А вот ежели кто кости свои в землю сырую внести порешил, так лишь супостаты окаянные. Веришь, нет? Вот как пять дюжин зараз повадились, так все насмерть и успокоились. Вот те крест, Пелагий Любомирович, Господь Всемогущий свидетель!

Пусть Морозовы и оставались внешне спокойными, но в голосе главы рода даже я услышал вязкую тягучую желчь.

Теперь понятно, в кого Ветрана такая ядовитая сучка. Видать, того картонного противника морально уничтожила, научившись у бати.

Пелагий Любомирович сплюнул наземь.

— Воистину, дай дело дураку, он и лоб расшибёт, да только дело не справит… Ничего, дорогой мой Властислав Иванович. Недолго тем супостатам в ожидании томиться. Им вскорости грядёт загробная встреча.

Мозг заработал с утроенной скоростью, принимая во внимание подоспевшие вводные.

Некто, по первичным идентификационным признакам приходящийся близким родственником убитому на дуэли одноразовому дебичу, явился в отчий дом спасённой от его докучливых приставаний Ветраны.

Оный же некто явился не просто инкогнито, а буквально по стелсу, избежав обнаружения службой безопасности, гостями, слугами и хозяевами.

Оный же некто имеет отвратительный вид и ещё более отторгающий голос, не сулящий ничего хорошего.

И оный же некто отводит рукой полы дорогой на вид накидки, прикрывающей его разодетое в недешёвые тряпки тело. Шмотки обманчиво вычурные, внушающие почтение высокопоставленному гостю да уважение зажиточному хозяину вещей, да только слишком уж знакомое это для наёмника движение, чтоб и дальше сидеть, тупить хлебалом, ища свой бессрочный дембель.

А ещё он явился в одного супротив десятков. Ладно, я такой же ненормальный. Но я, хотя бы, работал с дистанции, с закрытой огневой позиции, против неспособного ничего противопоставить врага. Этот же крендель встал, как лист перед травой, среди десятков гостей и гвардейцев рода Морозовых, перед двумя светлейшими князьями, каждый из которых явно далеко не мухомор. Да ещё в довесок присутствует Великий Архимаг Путей. Пусть не ахти какой боевой маг, но, мать его, маг!

В такие расклады не встревают, не будучи уверенными в своём неоспоримо превосходстве. Или, если случается иное, то это билет в один конец. Но на смертника гость не похож, хотя и до смерти хочет свести некие счёты: это видно буквально по всему. Разве что на лбу не написано.