– У меня тоже были такие мысли. Но, по правде говоря, я как раз не сомневаюсь, что она наша пара, потому что мы с тобой чувствуем к ней одно и тоже, а это возможно, только если мы побратимы и предназначены для одной женщины.

От таких мыслей и поддержки брата у меня все ликовало в груди. Теперь я знаю точно - что бы ни случилось, я не отпущу ее. Светлана - моя женщина, вернее, наша, с этой мыслью я свыкся с самого детства, поскольку всегда знал, что у нас с братом будет одна жена на двоих.

– Меня еще одно интересует. Куда она пропадает все время? Ее не было две недели, и снова она исчезла. В ее группе никто ничего не знает, подруга тоже либо не знает, либо не хочет говорить, а Кайтар молчит, как воды в рот набрал.

– Ты спрашивал у него?

– Да, но он опять сказал, чтобы мы держались от Светланы подальше и не мучили ее, пока ума не наберемся, а ее отлучки официальные и не должны нас волновать. По-моему, у него тоже есть какой-то интерес к нашей кошечке.

– И что мы будем дальше делать?
– задал я закономерный вопрос.

– Как что? Завоевывать ее!
– усмехнулся брат.

– Ты еще на забыл, как это делается?
– подначил я его. По правде говоря, я привык, что девчонки нам сами на шею вешаются, и не надо прилагать никаких усилий, чтобы затащить их а постель. А теперь даже растерялся.

– Не дрейфь. Я конечно могу ошибаться, но по-моему, мы ей тоже нравимся, иначе она сбежала бы от нас в оранжерее и не позволила всего того, что мы с ней делали. И в постель бы наших барсов не пустила.

– Надеюсь, что это так. У меня все в груди переворачивается, как подумаю, что она будет принадлежать кому-то другому.

– Не будет!
– зарычал брат.

Я ухмыльнулся, мысленно поддерживая его. Ну, девочка, держись! Ты от нас никуда не денешься!

Глава 25

Светлана

Мне понадобилась почти неделя, чтобы завершить начатое. На удивление, лечение проходило успешно, и единственное, что омрачало мое радостное настроение - это безмерная усталость, с каждым днем накрывавшая меня все больше и больше. От всей души я желала девушке выздоровления и вливала в нее все свои силы, и каково же было мое ликование, когда на третий день я стала замечать первые результаты. Не знаю точно, как происходило воздействие, но под моими руками постепенно восстанавливались отмершие ткани и поврежденные структуры мозга, а осознание того, что я могу помогать людям в практически безнадежных ситуациях, придавало мне уверенности и новых сил. В своем мире я училась в медицинском институте, но даже помыслить не могла от подобных чудесах, и ни на что бы теперь не променяла полученные возможности.

Когда я наконец могла сообщить главному целителю, что моя миссия окончена, я окончательно выдохлась и держалась лишь на чистом упрямстве.

– Я поражен, насколько удачным оказалось ваше лечение!
– восторженно произнес мужчина.
– Не ожидал такого эффекта! Уровень вашей целительной магии поражает, и я бы хотел время от времени привлекать вас к работе в нашем госпитале в качестве учебной практики, если вы не против, конечно.

– Что вы, кто же откажется о такого шанса, - ответила я, втайне радуясь, что даже профессионалы такого высокого уровня считают мою магию исключительно целительской, и не подозревают у меня наличия магии жизни, а то я уже начала побаиваться, что кто-то может догадаться из-за моих успехов в лечении.
– Но мне бы хотелось, чтобы подробности практики оставались закрытой информацией для непосвященных. Кто знает, на что способны отчаявшиеся существа, считающие, что я могу вытащить их близких с того света. В моем мире были случаи, когда прибегали к похищениям, шантажу и угрозам в подобных случаях. Отчаявшийся человек, загнанный в угол - страшный противник.

– Не волнуйтесь, это даже не обсуждается. К нам поступают самые сложные пациенты, с лечением которых не могут справиться обычные лечебные учреждения и к которым требуется особый подход. Мы же всегда обеспечиваем полную конфиденциальность. И…

Неожиданно со стороны кровати послышался всхлип, а потом отчаянные крики.

– Нет!... Не надо, пожалуйста!… Пожалуйста!… Нееет!!!

Мы с господином Вириданом бросились в Амрике, которая в беспамятстве металась на сбитых простынях, выгибаясь дугой и размахивая руками как будто в попытке отбиться от невидимого противника.

– Успокойтесь!
– вскрикнул лекарь, хватая ее за руки и удерживая на кровати, в то время как я вызывала по коммуникатору остальных целителей. Но девушка продолжала метаться по кровати и кричать, на ее лбу выступила испарина, из горла вырывались хрипы и стоны.

Не став дожидаться приходы остальной группы, главный целитель одной рукой прижал Амрику к кровати, а вторую положил ей на лоб, и спустя некоторое время она затихла.

– Вы усыпили ее?
– спросила я, пытаясь утихомирить свое сердцебиение.

– Да, сейчас это наилучший вариант для пациентки. Очевидно, ее память пострадала не полностью, а возможно, вам удалось восстановить все, и тогда я даже не берусь предположить, что будет в девушкой, когда она очнется и она вспомнит все, что с ней произошло.

Через секунду в палату влетел дознаватель и остальные лекари. Пока господин Виридан вводил их в курс дела, мы с Астанари стояли в сторонке, а я ловила на себе удивленные и восхищенные взгляды целителей.

– Как я понимаю, лечение прошло успешно, - довольно прищурился дознаватель.
– Когда она придет в себя, вы нужны будете здесь, чтобы помочь ей.