— А что с Игорем Черепановым? — полюбопытствовал я, притворившись, что смирился с тем, что придётся подождать со спасением Вольта. Как только мы завершим этот рейд, я отправлюсь за своим псом. Я, блин, любых демонов зажарю нахрен! — Ты очень выразительно на него косишься.

— Да ничего с ним… хороший щитовик, барьеры ставит лучшие из всех, какие я видел, — начал отпираться Семён, но под моим взглядом поджал губы и вздохнул. — Гонора много. Он из бывших аристократов, за языком вообще не следит.

— Бывших? Это как? — удивился я.

— Точно не знаю, то ли там война родов была, то ли земли за долги забрали, — развёл руками Рыков. — Ну а без земель и родового имения титула лишиться — плёвое дело. Разорились Черепановы и титул потеряли, теперь их наследник деньги для семьи на Рубеже зарабатывает. Вот и вся история.

Я промолчал, задумавшись о том, что и сам мог оказаться на месте Игоря. Если бы я не нашёл деньги на взнос за имение, то лишился бы своих земель. Я был прав — без них и без поместья меня никто не стал бы воспринимать всерьёз. И титул князя не помог бы.

Поэтому же Меркулов был уверен, что я соглашусь на его предложение. Собака в обмен на деньги и решение всех моих проблем, в том числе, с инквизицией и службой на Рубеже. Будь на моём месте кто-то другой, даже думать не стал бы, уцепился за возможность получить всё и сразу.

Но я привык решать свои проблемы сам. Выкрутился же в итоге, хотя приобрёл врага в лице Меркулова. Ну ничего, и с ним разберусь, когда время придёт.

Я продолжал смотреть по сторонам, хотя мои мысли были далеко от Каньона. Нет, я не жалел, что отказался продавать Вольта, но жалел о том, что не уследил за ним. Не убедился, что он рядом. Если его и вправду утащили монстры, то как они смогли подкрасться незаметно? Евгений Уткин казался опытным разведчиком, но всё равно пропустил приближение демонов.

— Привал десять минут! — скомандовал Никулин, когда мы дошли до небольшого пятачка без ядовитых наростов. — Дальше выходим на плантации ползунов. Что делать вы знаете, не увлекаемся, собираем не больше пяти десятков желчных пузырей и уходим.

Все принялись жевать сухпайки, проверять оружие — в общем делали всё то, что обычно делают на привалах. Я снова пожалел, что не заглянул в пункт снабжения, но Рыков поделился со мной водой и пакетиком вяленого мяса. Аппетита особо не было, но я всё равно подкрепился, решив, что не стоит разгуливать на голодный желудок, мало ли когда в следующий раз смогу поесть.

После привала мы и впрямь вышли к плантации — по-другому назвать это место было сложно. Перед нами раскинулись длинные рядки, похожие на окученную картошку, только вместо корнеплодов тут росли монстры. Буквально. Из каменных грядок торчали уродливые головы, покрытые мутной плёнкой.

— Это ползуны, — пояснил Никулин, заметивший моё удивление. — Пока они тут растут, могут только ползать, перебирая руками и волоча свои туловища. Ног у них нет, как и всего что ниже пояса.

— Гадость какая, — передёрнул я плечами, представив это зрелище, слишком уж эти твари были похожи на людей. Будто демоны решили вырастить нам замену.

— У вас, князь, оружия нет, но на будущее — им надо головы рубить, по туловищу бить бесполезно, да и добычу можно повредить, — Никулин хмыкнул. — Вы удивитесь, когда узнаете, сколько инквизиторы платят за желчные пузыри этих уродцев.

— Спасибо за разъяснение, — сказал я, примериваясь к ближайшему ползуну.

— Мы их рядами берём, а не всей кучей, — предупредил Никулин. — Как одного тронем, весь ряд сразу выползает из грядки, так что метьтесь получше, князь.

Кивнув, я приготовился к атаке. Молнии сверкали между пальцев, готовые сорваться и обрушиться на головы ползунов.

Первым ударил Черепанов, примерившись к крайнему ряду. Голова ползуна слетела с плеч и покатилась дальше, а наш «урожай» зашевелился. Плёнки на головах монстров лопались, когда те вытаскивали себя наружу. Я будто попал в другую реальность, в которой овощи отрастили руки и сами вылезают из грядок. Только ползуны совсем не походили на овощи, скорее на мутировавших людей, которых перерубили пополам.

Эти монстры двигались на удивление быстро, перебирая руками. Всё, как и говорил Никулин. Дожидаться, пока ползуны доберутся до меня, я не стал, начал бить молниями по суетящимся тварям. Рубежники и Пожарская рубили головы, а Уткин снова стоял в стороне и крутил головой, вглядываясь во что-то, видимое только ему.

Когда мы зачистили ряд ползунов, началась самая неприятная процедура — вырезание желчных пузырей. Я брезгливо поморщился и отошёл в сторону, а вот Ксения не побоялась испачкать руки и вместе с остальными собирала добычу. Делала она это ловко, уверенными движениями, что указывало на то, что это занятие для неё привычно.

— Сорок два, — доложил командиру его заместитель, Кирилл Самойлов. — И ещё парочка осталась для князя.

— Давайте, князь, — ухмыльнулся Черепанов, протягивая мне нож. — Это что-то вроде посвящения для новичков. Хотя бы разок придётся свои аристократические ручки измазать во внутренностях, иначе прослывёте неженкой.