***

Быстрая атака с боку, лезвие меча устремилось ко мне, и грозилось проткнуть печень, но я ответил взмахом топора, блокируя внезапную атаку. Лязг оружия ознаменовал мой удачный блок, но я не собирался останавливаться. Со всей силой напрягаю руку, и отталкиваю лезвие меча от себя, делаю разворот и контратакую противника. Лёгкий топорик просвистел в воздухе и угодил прямо в таз врага. Болезненный крик опонента, победа уже близка но я получаю пинок сапога в колено, и ухаю от боли. Следующая атака врага, опрокидывает меня на землю, и острый конец меча устремляется мне в горло, и нависший надо мной противник, ехидно улыбается.

– Неплохо Князев, уже лучше чем в первый день - раздался насмешливый бас - Разойтись!

Мой оппонент убрал деревянный меч и отошел в сторону, вытирая пот со лба, я же бросил гневный взгляд в сторону инструктора, и пробурчал.

– Будь топор настоящим, я бы пробил ему кость, и убил!

– Да, но ты тренируешься с тренировочным, так что сам виноват, что придумал себе настоящую сталь вместо дерева - скучающим голосом ответил Николай Викторович.

Я встал с земли, отряхнул штаны от грязи и огляделся. Тренировочная площадка шумела звуками тренировочных боев, взрывами или треском магии, и выкриками спаррингующихся. Инструкторы ходили между бойцами и просматривали каждый бой, делая пометки и выдавая советы молодым ребятам. В стороне стоял Олег, сидящий под зонтиком, укрываясь от палящего солнца, и выпивая мутную воду вместе с Николаем. Телохранитель заметил моё негодующее лицо и лишь рассмеялся, но всё же снизошёл до похвалы.

– Отлично машешь оружием!
– выкрикнул он и поднял стакан за меня, и осушил его залпом.

У меня даже глаз задёргался от такой фразы, не этого я ожидал когда соглашался на тренировки Олега. Первый же день прошел в суматохе, с самого утра, так как я был исключен от занятий на три дня, мой новоиспечённый учитель сгрёб меня в охапку, и затолкал в машину. Мать удивлённо смотрела на нас, но вопросов не задавала, похоже Олег успел с ней переговорить, Алёна же была на занятиях.

Через три часа езды, он отвёз меня на учебную военную базу, на которой работал его старый военный товарищ Николай. Тот выслушал просьбу Олега, и тот согласился предоставить доступ к тренировочному оборудованию, а так же помочь в тренировках с оружием. Когда довольный телохранитель вышел из кабинета Николая, я спросил у него о цене услуги, но тот лишь загадочно улыбнулся и сказал что ничего такого. В итоге, в течении трёх дней к ряду, меня гоняли, опрокидывали, били, и прижимали мордой к земле все кому не лень. Николай наблюдал за тем, как здоровые лбы возраста от двадцати лет, обучающиеся по военной программе, мутузили меня, и ржал во весь голос. Почему то два старика испытывали искреннюю радость, видя как молодого аристократа ломают в три погибели.

Справедливости ради, меня по настоящему обучали с оружием, инструктор проверил мои характеристики, посетовал о моём "Дохлом" телосложении, и пообещал сделать из меня десантника. Мне предлагали разные виды оружия, стараясь найти самый оптимальный вариант, я же сразу выбрал двуручный топор, чем удивил своего учителя. Стоило схватиться за бог знает какой старый и неизвестно где откопанный двуручный топор, как сил не хватило даже толково замахнуться им. Отсмеявшись, Олег предложил мне хотя бы начать с простого одноручного топорика, я скривился и поник от такой перспективы, но владеть другим видом оружия, настоятельно отказался. Топор есть топор, верно?

К концу первых суток, из моего тела выжили все соки, интенсивные тренировки которые проходили все учащиеся базы, выбили из меня дух. В былое время, я бы прошел всё без проблем, но тут слишком тяжко. К вечеру, после пятнадцатого круга вокруг базы, я рухнул на землю и испустил дух, но заботливый Олег вернул его обратно в тело, разбудив меня целым ведром холодной воды.

Дальнейшие два дня прошли в подобном темпе: Проснулся, поел, потренировался, спарринг, отдохнул, повторил третий и четвёртый пункт. Гоняли тут как последних псов, но инструкторы знали своё дело, и к концу третьего дня, я уже ощутил далёкие проблески мышц и поднявшиеся выносливости. Такие изменения конечно бредовые, но по словам Олега, магам гораздо проще развивать тело, благодаря магическим каналам и ядру, которое развивается вместе с самим магом, и поддерживает его тело.

***

– Слушай Олежа, мне вот не даёт покоя одна мысль - почесал колючую седину Николай, сидя за столом своего кабинета, наблюдая из окна, как Князев вновь решил устроить отработку ударов по манекену.

– Мне тоже - серьёзно кивнул мужчина, сидя напротив старого друга, с которым успел по молодости знатно повраждовать. Учувствовали в одной группе, и забрели в разлом класса С, и блуждали в нём целую неделю с кончавшимися припасами. Хоть и была общая неприязнь между друг другом из - за общей любви в девчонке, чьё имя успели уже позабыть, но за время хождения по разлому, успели набить друг другу морды, поворчать и побрататься - Закуска заканчивается.

– За это не переживай, щас рядового отправлю к старшине, у того всегда в загашнике найдётся - успокоил товарища Николай, после чего отсмеявшись, указал на Князева - Меня другое волнует, твой парень точно с золотой ложкой родился?

– Тебе его родословную показать для достоверности, или хватит фамилии его отца?
– с улыбкой спросил Олег, хотя понимающе разделял сомнения друга.

– Да знаю я его батю, всё же странно как - то. Я на своём веку, успел столько молодняка из аристократии обучить, и каждый раз видел одно и тоже. Неверие, отрицание, слёзы, подкуп, мольба, угрозы...Твой же посмотри, какой спокойный. Я ему специально Витьку поставил, чтобы тот его по земле повозил, а Сашка лишь ворчал да поднимался. Не похож он на аристократа. Бракованный?

– Ты с такими словами аккуратнее Николаич - предупредил Олег, заглядывая в глаза инструктора. Олег долгие годы служит семейству Князевых, и держит верность от того, что отец Саши в своё время спас Олега, принял в свой дом и дал всё необходимое. Со смертью Андрея, Сашка совсем закис и только Олег был в силах поднять настрой молодому парню, и сделать из него достойного мужчину. Сам того не заметил, как привязался к сынку покойного, и души в нём не чает. Только этот секрет он унесёт с собой в могилу.