– Чё вякнул?!
– взорвался жаб, и отошел от девушки.

– Чё слышал мусор, у тебя морда такая уродливая, у тебя случаем в родственниках извращенцев не было? То похоже жаба в роду у тебя была, иначе понять откуда такая харя, попросту не возможно. Да у бомжей старых и пропитых лицо красивее, чем у тебя.

– Сука, я тебя щас убью!
– задрожал от гнева мужик и подошел ко мне в плотную, поднося к лицу потрескивающий от электричества шокер.

– Ха!
– искренне посмеялся я, доводя до нервного тика жабу - Убьёшь? Да ты псина трусливая, которая без помощи босса и мухи не хлопнет, тут же заскулишь и побежишь к ботинкам начальника и будешь их лизать.

Трясущий мужик взревел и ударил мне в горло шокером, тело тут же парализовало и начало трясти, но вырубаться было нельзя. Я терпел с сжатыми зубами, пытался придумать новых оскорблений но рот был на замке. Единственное что вышло, это плюнуть прямо в глаз противнику. Мужик ахнул и отшатнулся, убирая шокер от меня, давая немного передохнуть. Откашлявшись, продолжил гнобить.

– Даже сейчас у тебя духу нет, чтобы завалить аристократа потому что боишься моего гнева, знаешь что я лучше тебя во всём, могу позволить себе лимузин и яхту, снять первоклассных девок, а ты? Ты жалкий червяк, который всегда доедает остатки с моего барского стола, и послушно виляешь хвостом, прося ещё.

На большее не хватило сил, жабу прям передёрнуло и с великим русским матом, он бросил в меня чекушку, доставая из - за пояса небольшой нож. Плевать. Чекушка пронеслась над головой и разбилась о стену, осыпая меня дождём осколков. Рука гуляет по полу и нащупывает большой кусок стекла, которым тут же начинаю резать верёвку.

– Чё тварь, думаешь я ссыкло? Да я тебя щас порежу на лоскуты!
– произнёс он, и вонзил мне в плечо нож, пуская мне кровь.

Тут не сдержался и крик вырвался из горла, доставляя неимоверное удовольствие этой падали. Голова бессильно рухнула на грудь, но засранец не унимался, он схватил меня за волосы и приподнял, заглядывая в измученные глаза.

– Я тебе обещаю, сегодняшний вечер ты запомнишь на долго. Твоя сестрёнка будет кричать и плакать, а ты за ней наблюдать. До самого конца.

– Как скажешь, боюсь ты не доживёшь до того момента - устало сказал я.

Жаба скривилась в непонимании, я же оскалился в тот момент, когда верёвка спала с запястий и моя рука с белым осколком от бутылки метнулась к горлу мужчины. Тот удивлённо схватился за моё оружие, устанавливая хлынувший поток крови но я не собирался останавливаться. Я сделал рывок вперёд и опрокинул на спину этого урода, тот старался отбросить меня одной рукой, а другой держать рану и что то кричать, но я не позволил. Моя рука схватилась за нож, который уронил этот жаб, и начал колоть противника. Быстрый и яростный удар следовал один за другим, образовывая новые раны на груди человека, а тот лишь хрипел и смотрел на меня умоляющими глазами. Его свободная и перемазанная в крови рука схватила меня за лицо, пытаясь откинуть но откуда силы найдутся? Я нанёс последний смертельный удар в сердце и человек вздрогнул и затих.

Я вытащил нож из сердца мертвеца, и из раны хлынул небольшой фонтанчик крови. Я вгляделся в глаза покойника, которые стеклянным взглядом устремились в серый и пустой потолок, после чего почувствовал...Ничего. Я устало выдохнул и отошел от тела, присев возле стены, поглядывая на Алёну, которую даже шум нашей борьбы не разбудил. Тело слегка подрагивало, всё таки сознание было в шоке от первого убийства, но мой разум лишь воспринял это событие как очередное будничное действие, по типу выпивания кружки кофе по утра.

Жестоко? Ненормально? Бред? Я отвечу отказом. Мне просто плевать, мои руки уже давно покрыты кровью, а за спиной виднеется отдельное кладбище, мертвецы которого с проклятием смотрят на меня позади. Хотя в прошлой жизни, моё первое убийство сильно шокировало меня и заставило по новой посмотреть на мир. Образы, разговоры и воспоминания пронеслись в голове за долю секунды.

Тогда мне было уже десять лет, я долгие годы странствовал с армией Александра, выполнял любую работу от чистки оружия, до помощи поварам. Как и любой юноша, я представлял себя великим воином, убивающим врагом страны, а если добавить к этому желание отомстить за погибшую семью, так получалась забористая смесь. Я постоянно рвался на поле боя, всегда с ненавистью поглядывал на схваченных "Языков" и пленных, порой даже доставляя небольшие проблемы солдатам.

В один солнечный день лета, меня позвал офицер Мирослав, мужчина в годах прошедший несколько войн, а глаза его источали усталость и суровость. Он знал о моём нраве и решил преподать мне жизненный урок, потому пригласил в палатку на окраине лагеря, где собралась небольшая группа солдат, и один преступник. Мне заранее рассказали, что мне доверили казнь одного шпиона в рядах армии, и я был этому несказанно рад, наконец - то я смог хоть немного успокоить бушующую в душе бурю. Детская наивность и глупость.

Я вошел в просторную палатку, у стен стояло семь военных командиров, и несколько охранников, больше половины присутствующих я знал, всё таки долгие годы в армии заставляли узнавать людей в лицо. Все были спокойны, но в воздухе присутствовала дымка напряженности и грусти, что и вело меня в непонимание. В центре палатки в одних штанах сидел мужчина, его голый торс был покрыт синяками и следами допроса, а на голове красовался вязанный мешок. Мирослав любезно махнул рукой, предлагая мне лично снять мешок и разобраться со шпионом, что я с радостью и сделал.