— Итак, — произнес я, устраиваясь на стуле и закидывая ногу на ногу, — кто мне расскажет причину столь срочного созыва?

Все переглянулись между собой.

— Мне казалось, что я все написал в послании, — недоуменно проговорил Гедымдейт.

— Да, написал, — не стал я отрицать. — Но я все еще не считаю это причиной.

— Но… — решил было встрять новенький, но быстро затих, начав беззвучно раскрывать рот.

Я же, опустив руку, с которой только что вылетело заклинание безмолвия, вновь посмотрел на ректора Бан Арда.

— Мне казалось, — начал говорить я, выделяя каждое слово, — что ты хотел, чтобы Капитул перестал лезть в политику и начал заниматься тем, ради чего был когда-то создан. Я прав?

— Аварис, — хотел было оправдаться Гедымдейт, но я начал фонтанировать магией, отчего в помещении стало сложнее дышать.

— Я прав? — чеканя каждое слово, повторил я свой вопрос.

— Прав, — выдавил старик.

— И я дал тебе возможность реорганизовать Капитул? — продолжил я задавать вопросы, впитывая выпущенную магическую энергию обратно.

— Дал, — кивнув, проговорил Хен.

— Так скажи мне, старик, — вкрадчиво произнес я. — Почему ты не пользуешься предоставленной возможностью?

Гедымдейт молчал.

— Не то, чтобы мне было до этого дело, — говорил я. — Но мне уже просто интересно. Что поменялось?

Гедымдейт хотел было ответить, но его перебил верховный претор, который с недоумевающим видом переводил взгляд с меня на ректора Бан Арда.

— Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — спросил он, но ответа не последовало, после чего он переключил свое внимание на женщин. — Тиссая? Францеска?

Вот только и от представительниц прекрасного пола ответа он не получил. Ректор Аретузы просто отмахнулась, пробормотав, что скоро он все поймет. Эльфийка же поморщилась, словно ей напомнили о чем-то неприятном, и отвернулась.

— Не мешай, — переключив на претора внимание, сказал я. — К вам мы еще вернемся.

С этими словами я использовал связывающие чары. После чего в направлении новых членов Капитула полетели путы. Веревки, стоило им только достигнуть тел чародеев, начали стремительно разрастаться, опутывая их целиком.

— На чем мы остановились? — спросил я, теряя интерес к новеньким.

— Ничего не изменилось, — ответил старик на мой прошлый вопрос. — Но нынешняя ситуация может сильно повлиять на Братство.

— И каким образом? — скептически вскинув бровь, спросил я. — Чародеи перестанут рождаться? Нет. Максимум, что может случится, это люди воспылают еще большей ненавистью к эльфам из-за «предводительницы» восстания. Но я не сказал бы, что против подобного исхода.

В ответ на свои слова получил испепеляющий взгляд со стороны Францески. Мне оставалось только мило ей улыбнуться.

— Будет много смертей, — упрямо произнес Гедымдейт. — В том числе смертей наших собратьев, учитывая масштабы разворачивающегося восстания — задействованы силы как минимум трех стран.

Внимательно посмотрев на старика, я устало вздохнул и перевел свой взгляд. Эльфийка уже ранее высказала свое мнение по сложившейся ситуации. Тиссая явно была с ней солидарна, если судить по неодобрительным взглядам, которые она кидала на ректора Бан Арда.

— Делай, как знаешь, но я против того, чтобы участвовать в этом балагане, — спокойно сказал я. — У королей есть чародеи-советники, вот пусть они всем этим занимаются. Наша же задача контролировать магическую деятельность.

Послышался облегченный вздох со стороны ректора Аретузы. Даже в глазах эльфийки промелькнули нотки одобрения, чего не бывало еще никогда.

— И подумай вот еще о чем, — решил я добавить аргументов в пользу своей позиции, одновременно с этим поднимаясь со своего места. — У тебя есть гарантии, что после вмешательства все не станет только хуже?

Старик ничего не ответил, но явно задумался над моими словами. Я же к этому моменту подошел к связанным членам Капитула.

— Подумай над своим выбором, — бросил я Хену и переключился на новичков. — А пока наш многоуважаемый господин Гедымдейт думает, мы займемся вами.

Нависнув над связанной парочкой, я растянул губы в улыбке.

— Настало время давать клятвы, — практически пропел я.

Одновременно с этими словами до наших ушей донесся особенно громкий раскат грома.

***

Аварис.

Пока новые члены Капитула насильно приносили мне клятвы и обеты, запрещающие им причинять мне вред, а также распространяться о наличии этих самых клятв, собрание фактически закончилось. Францеска, в очередной раз резко высказавшись насчет вмешательства в восстание, поспешила удалиться. Ее примеру последовала и Тиссая, сославшись, что у нее еще много работы в академии.