Смотря на происходящее, я позволил себе едва заметно улыбнуться. Такое поведение дворян меня немного забавляло. Они презирали кметов, хотя сами не далеко ушли от простого люда. По крайней мере, управлять их настроением не сложнее, чем управлять толпой кметов. Стоило Родеберту кинуть им «кость» в виде похвалы, как те стали готовы порвать глотку любому ради своего любимого короля.

— Однако, — вдруг продолжил Родеберт, и голос его лишился этой напускной радости, став на порядок мрачнее, — даже такое радостное для страны время не могло обойтись без горестных событий.

Вызванные на сейм дворяне мгновенно замолкли. Я бы даже сказал, что они притаились, опасаясь привлечь внимание короля.

— Все мы знаем, что в последнее время на Севере набрало популярность… движение, — продолжил свою речь монарх, заложив руки за спину. — Целью этого движения стала борьба с ведьмаками. Признаться, мы не воспринимали их цели всерьез. Однако, до меня дошли сведения, что мы глубоко ошибались. Несколько дней назад на одну из ведьмачьих Школ было совершенно нападение.

В помещении царила тишина. Я же пристально смотрел на Родеберта, пытаясь понять, чего добивается этот сопляк.

— Все бы ничего, — говорил король, скорбно склонив голову. — Ведь что может сделать толпа кметов против обученных убийц чудовищ? Да только все оказалось не так просто. Вместе с кметами под стены ведьмачьей крепости пришли чародеи и обученные воины.

Послышались шепотки. Благородные дворяне, подобно кметам, моментально принялись обсуждать новость.

— И если с первыми Капитул уже успел разобраться, заявив, что это были ренегаты, желавшие настроить ведьмаков против чародеев…

Стоило только королю продолжить говорить, как шепотки смолкли. Я же не смог удержать холодное выражение лица и, нахмурившись, посмотрел на Родеберта. В голове была только одна мысль: «Какого черта творит этот сопляк?». Ведь он своими словами только что обелил Капитул, а ведь мог настроить дворян против чародеев. Это был идеальный момент, который сопляк, возомнивший себя невесть кем, упустил.

Я поднялся со своего места, собираясь подойти к этому юнцу, чтобы остановить того, пока не стало поздно. Его самовольство могло разрушить весь наш план по уничтожению Капитула.

— Но, что там делали неплохо обученные войны, — продолжал говорить Родеберт, — большая часть из которых являлись действующими офицерами в армиях Каэдвена, Аэдирна и… Редании, все еще остается загадкой. Ясно лишь одно: все это чей-то злой умысел.

Я уже практически не слушал, что несет этот сопляк. Передо мной была только одна цель — заткнуть его. Шаг.

— Все происходящее нельзя назвать иначе, кроме как заговором. И можно долго гадать о его цели.

Шаг.

— Ответить на этот вопрос сможет разве что тот, кто за всем этим стоит.

Шаг.

— Но, к счастью для нас всех, мне известна личность злоумышленника.

Шаг. Я уже вытянул руку, чтобы схватить короля за плечо и остановить его. Вот только я так и не смог дотянуться до плеча этого сопляка, застыв, словно статуя.

Именно в этот самый момент Родеберг медленно развернулся, чтобы взглянуть на меня. На его лице сияла довольная улыбка.

— Думаю, — довольно проговорил король, смотря мне в глаза, — наш дорогой канцлер Казимир де Лаутерпахт охотно ответит на все интересующие нас вопросы.

Я хотел сказать этому сопляку, что он совершает ужасную ошибку. Однако я не смог даже разомкнуть губ. Тогда я попытался закричать, но из моего рта вырвалось лишь жалобное мычание.

— Ну что вы, канцлер, — продолжил Родеберг с толикой издевки. — Не стоит спешить. Для вашей исповеди есть специально отведенное место — допросная. Стража!

По зову короля практически моментально по бокам от меня появилась парочка солдат.

— Уведите нашего дорогого предателя с глаз долой. И проследите, чтобы он не наложил на себя руки.

Воины тут же подхватили меня под руки и позорно поволокли в сторону выхода. Все, что мне оставалось, это мычать от злости и бешено крутить глазами, вглядываясь в лица людей, что со злорадством провожали меня.

Я отказывался верить в происходящее. Ведь все было согласовано с королем. С королями! Все, начиная с нападения на ведьмаков и заканчивая последующим уничтожением Капитула. Все…

В этот момент мой взгляд зацепился за знакомое лицо, которого не должно было быть при дворе. Красивое женское лицо, обрамленное темными блестящими волосами. Ее столь же темные, как и волосы, глаза смотрели на меня с насмешкой.

«Филиппа!», — пронеслось в голове имя той, кого здесь не должно было быть.

Из горла рвался яростный крик, но он так и не смог вырваться наружу. Я обессиленно повис на руках стражников и вновь посмотрел в сторону чародейки, которая была очевидно рада моему поражению. Но также мое внимание привлекла еще одна фигура. Это был высокий человек, стоящий позади Филиппы.