На лице мужчины не дрогнул ни единый мускул.

— Странно это слышать от вас, «мэтр» Нокс, — голос проректора так и сочился сарказмом, что сильно контрастировало с его по-прежнему хмурым лицом. — Потому что мне не более, чем десять минут назад пришлось снимать чары безмолвия с компании учеников. Может подскажете мне, чьих рук это дело?

— Не знал, что вы так печетесь о благополучии учеников, господин проректор, — с усмешкой на устах проговорил я. — Но, право слово, неужто вы пришли сюда только для того, чтобы отчитать провинившегося?

— Была бы моя воля, то и вовсе отчислил бы, — тихо пробурчал собеседник, посмотрев в сторону.

Мне оставалось только усмехнуться в ответ на его слова. Такое бессилие по отношению ко мне его безумно раздражало. Я ведь официально уже закончил академию, а, следовательно, не подвластен местным правилам.

— Вас искал ректор, — наконец-то озвучил он настоящую цель своего визита в библиотеку.

— Интересно, — протянул я, вспоминая, что весь последний месяц старик всячески меня избегал. — Известно, зачем?

— Нет, — коротко ответил собеседник, после чего добавил. — Известно лишь то, что дело срочное.

— Вот как? — слегка удивился я словам проректора. — Тогда передайте ректору, что я подойду через полчаса.

Мардин сильнее нахмурился и сделал шаг вперед, чтобы оказаться ко мне практически вплотную.

— Какую часть слова «срочно» вы не поняли, «мэтр» Нокс? — стараясь говорить спокойно, спросил он.

Нахально ухмыльнувшись в ответ, я посмотрел ему прямо в глаза. Использовав буквально каплю энергии, я заставил свои глаза едва заметно светиться. И, учитывая плохое освещение библиотеки, не заметить такое изменение он попросту не мог.

— Какую часть слова «полчаса» вы не поняли, господин проректор? — продолжая улыбаться, спросил я и, для пущего эффекта, слегка сжал его горло телекинетическими тисками.

Почувствовав незримое прикосновение к своей шее, Мардин сглотнул и тут же отвел взгляд. На что я только шире ухмыльнулся и отпустил его.

— Полчаса, Мардин, — повторил я уже тише и, развернувшись к стеллажам, потерял интерес к чародею. Только и слышно было, как тот спешно удаляется.

Сам же я начал бродить по библиотеке в поисках книги для легкого чтения, которой хватит на вечерок другой. Когда наступила пора все же идти на поклон к ректору, в моих руках уже находилась парочка трудов — бестиарий и теория зачарования, которую я взял по большей части для того, чтобы ознакомиться с местной системой создания зачарованных предметов.

— Ну что же, — проговорил я, закидывая книги в свою сумку, — пора.

Но стоило мне только направиться к выходу из библиотеки, как мой глаз зацепился за внешне неприглядный, но при этом довольно толстый талмуд. Название было практически не видно, поэтому я подошел ближе и взял заинтересовавшую меня книгу в руки и открыл первую страницу. На развороте было написано: «Мутагены и мутации: способы изменения живых организмов».

— Автор: Косимо Маласпина, — прочитал я и улыбнулся. — А вот это уже интересно. Сойдет для легкого чтива.

***

Аварис.

— Может послать все к чертовой матери и засесть где-нибудь в глуши? — задумчиво протянул я, блуждая взглядом по горному хребту. — Маленький домик в глуши леса, банька и горячие отвары. Может даже начать варить медовуху.

Внезапно поднялся сильный ветер, сбивая меня с мысли. Прикрыв лицо руками, наложил на себя больше согревающих чар. В следующий миг пришлось отскочить в сторону от падающего на меня огромного куска льда, который, упав на каменную тропу, разлетелся множеством осколков.

— А может уйти в Новиград? — все так же задумчиво произнес я, провожая взглядом маленький осколок, который, крутясь, скользил к краю тропы. — Открыть там таверну… или бордель. Точно, бордель. И назвать его как-нибудь по-эльфийски, чтобы ушастые побесились. И просто дождаться возрождения Лии.

Вот кусок льда докатился до края и сорвался вниз, собирая на своем пути еще несколько схожих осколков. Они покатились вниз по склону, собирая за собой снег и вызывая небольшую лавину.

Хмыкнув, я отвернулся обратно к тропе и продолжил свой путь.

— Хотя лучше не стоит, — пробормотал я. — Если Лия узнает, что я открыл бордель, то она мне голову открутит. Да и кого я обманываю. Уже через год такой оседлой жизни я взвою от скуки.

Очередной порыв ветра распахнул на мне плащ и скинул капюшон. Мои, более ничем не защищенные волосы стали развеваться на ветру, то и дело попадая в глаза. Раздраженно вздохнув, я запахнул плащ обратно и натянул капюшон поглубже, добавив сверху чар, чтобы больше такого не повторилось.

— То ли дело сейчас, — саркастически хмыкнул я, стараясь не слишком усердно мысленно покрывать матом старика Гедымдейта, — веселья столько, что можно обоссаться от счастья. Ношусь туда-сюда, как какой-то мальчик на побегушках…