Я сразу же прошёл к старику и присел рядом с ним.

— Алексей Александрович Мечников, — представился я. — Надеюсь, мои коллеги не сильно вас напрягли расспросами.

— Кузьма Федоткин, — кряхтящим голосом ответил сморщенный старичок. — Всё в порядке. Я всё прекрасно понимаю. Это — ваша работа, господа лекари.

Он замолчал.

— Кажется, вы хотели со мной поговорить, — напомнил я.

— Ах да… — почесал затылок он. — Ваши друзья спрашивали меня о некромантии. Я, естественно, сказал, что ничего общего с ней не имею.

Старик взглянул на меня белёсыми глазами, но вновь замолчал, будто забыл, что хотел сказать. В его возрасте это и не удивительно.

— Если вы не имеете ничего общего с некромантией, о чём нам тогда с вами говорить? — подтолкнул его к разговору я.

— Я не сказал всю правду. Я — не некромант. Но я кое-что знаю о том, кого вы, господа, ищете.

Дед Кузьма произнёс то, чего от него не ожидал никто из нас. Судя по выражению лиц Лебедева и Сеченова, моим коллегам он даже не намекнул, что хочет мне сказать.

— Вы что, рассказали ему, зачем весь этот осмотр? — спросил я товарищей.

— Нет, — помотал головой Кузьма, опередив ответ Игоря и Ивана. — Они ничего мне не говорили. Я сам понял, что то, чему было предначертано произойти здесь, случилось не просто так. Вы не подумайте, я хоть и обычный крестьянин, но жизнь повидать успел. И слышал, как действует этот человек, которого вы ищите. Застал самый расцвет его сил. Ровно полвека назад он творил такие вещи в Хопёрском районе… Ух, даже вспомнить страшно. И никто из лекарей не пытался его остановить.

— Почему? — спросил Кузьму я. — В обязанности лекаря входит истреблять некротику.

— Мало было у нас лекарей, — махнул сухой рукой он. — Их и сейчас мало, но раньше было ещё меньше. И те, кто работал в Хопёрской амбулатории, не больно-то хотели связываться с этим человеком. Хотя у меня даже язык не поворачивается называть это существо человеком. Он — самый настоящий чёрт. Демон в человеческом обличии. Творить такое и оставаться человечным невозможно. Он хуже животного.

— Подождите, — перебил Кузьму я, когда заметил, что старик увлёкся и начал трястись из-за напряжения и болезненных воспоминаний. — Судя по тому, что вы говорите, этот некромант как-то вам навредил. Что он с вами сделал?

Задав этот вопрос, я добавил единичные крупицы своей магии в сердце пожилого мужчины, чтобы успокоить его ритм. Уж чего мне точно сейчас не нужно, так это чтобы на моих глазах из-за нервного перенапряжения погиб старик, проживший целый век.

— Лично со мной — ничего, — вздохнул Кузьма Федоткин. — А вот друзья мои, с которыми я водился в те годы, сильно пострадали. У кого-то жена погибла, у кого-то дети. Да… Одно дело, если бы они просто погибли! Так их, как я понял, использовали для какого-то ритуала. Много хороших людей в то время полегло. Но и сейчас ситуация изменилась не сильно. До сих пор эта скотина портит жизнь доброму народу. Сами посудите, господа лекари, куда мне теперь податься? Семьи у меня нет. Ни жены, ни детей, ни внуков. Один совсем. Единственное дорогое мне село, дом мой родной — и тот смыл водой этот уродец.

— Кузьма, — вновь перебил старика я. — Вы сказали, что знаете что-то об этом человеке. Может, вам известно имя? Или хотя бы какие-то отличительные черты?

— Упаси Грифон! — покачал головой он. — Я никогда с этой тварью лично не встречался. Иначе бы не прожил столько лет. Но могу точно сказать, что он — мой ровесник. Когда я был ещё совсем молод, слышал, что в Хопёрск приехал молодой маг, который представлялся лекарем. Вот только лечил он необычным способом. Как мне рассказывали, он всегда…

— … забирал что-то взамен, — закончил за Кузьму я. — Это типично для некроманта. Они все так делают.

Проклятье… Из старика очень сложно что-то достать. Он вроде и хочет поделиться, но на ходу забывает, что хочет сказать, и уходит не в ту степь.

— Да-да! — закивал Кузьма. — Всё верно говорите, господин лекарь. А потом…

Пока Федоткин продолжал рассказывать ту же самую историю с самого начала, я аккуратно склонился над ухом Сеченова и прошептал:

— Улучши ему мозговое кровообращение. Я всю ману на этих дурацких бобров истратил. А старцу это только на пользу пойдёт. И проживёт дольше, и нам скорее даст ответ на вопрос.

Иван коротко кивнул и тут же воспользовался трюком, которому я его и обучил. До меня никто не умел расширять сосуды головного мозга. Этой способностью с коллегами поделился я.

Хотя в будущем для этого должно появиться огромное количество препаратов, которые и без лекарской магии будут неплохо стабилизировать обмен веществ в головном мозге. Ноотропы и более сильные лекарственные средства, оказывающие восстанавливающее действие на головной мозг.

Возможно, я сам же их когда-нибудь и запатентую.