Большое помещение с высокими сводчатыми потолками поразило своими размерами. Здесь легко могли заниматься два десятка человек одновременно.

Силантий, бывший охотник с травмированными ногами, внимательно осматривал зал. Его опытный взгляд оценивал каждую деталь.

— Хорошо придумано с матами из соломы, — кивнул он с одобрением. — Падать на них не больно, а для отработки бросков — самое то. И места хватает, чтобы ребятня друг другу не мешала.

Вдоль стен располагались деревянные снаряды — брусья, кольца, шесты для лазания. Всё это было изготовлено местными мастерами.

— Тут детвора будет не только силу наращивать, но и учиться, как от супостата отбиться, — пояснил бывший охотник. — Нынче без этого никак нельзя.

Выйдя из школы, мы направились к группе детей, которые с широко раскрытыми глазами стояли у входа. Среди них я узнал Матвея — мальчика с тёмными волосами и задумчивым взглядом, у которого обнаружился исключительный потенциал к гидромантии. Рядом с ним стоял Егор, сын кузнеца Фрола. Маленькая черноволосая Аглая тихо переговаривалась с другими детьми, у которых также выявили магические способности.

— Мы правда будем здесь учиться? — робко спросила Аглая, не в силах поверить в происходящее.

— Конечно, — ответил я, присев на корточки, чтобы быть на одном уровне с детьми. — Это ваша школа. Здесь вы будете изучать и обычные предметы, и магию.

— А нас точно научат читать и писать? — с надеждой в голосе поинтересовался совсем маленький мальчик. — И считать тоже?

— Всему научат, — заверил я. — И грамоте, и счёту, и многому другому.

Он подошёл ближе и тихо прошептал:

— А можно потрогать парты?

Я улыбнулся и кивнул. Дети гурьбой ринулись внутрь школы, с восторгом ощупывая новую мебель и восхищаясь большими окнами. Их радость была искренней и трогательной — эти дети, выросшие в бедности, впервые видели настоящее учебное заведение.

— Теперь больница, — предложила Василиса, когда мы закончили осмотр школы.

Здание клиники было меньше школы, но не менее впечатляющим. Просторный приёмный покой, несколько палат для больных, отдельная операционная и надёжно запираемый склад для лекарств — всё было продумано до мелочей.

В приёмном покое нас встретил Джованни Альбинони в сопровождении Анфисы и бабки Агафьи. Итальянец был в восторге — он размахивал руками, переходя от восхищения к итальянскому, а затем обратно к русскому.

— Magnifico! — воскликнул доктор, обводя рукой помещение. — Это же настоящая больница! Не какой-то сарай с кроватями, а современное медицинское учреждение!

Он провёл нас в операционную, где стояли специальные столы и полки для инструментов. Большое окно обеспечивало отличное освещение, а рядом располагался автоклав для стерилизации инструментов.

— Здесь я смогу проводить серьёзные операции, — продолжал итальянец, театрально прижимая руку к сердцу. — А с помощью Анфисы pazienti будут чувствовать себя спокойнее. Её дар неоценим для больных людей.

Девушка скромно кивнула, стоя рядом с доктором. С момента нашего прошлого разговора она заметно преобразилась — исчезла прежняя растерянность.

Бабка Агафья внимательно осматривала склад для лекарств, кивая с одобрением:

— Хорошо придумано с железными замками, — заметила травница. — Некоторые зелья в неумелых руках могут наделать беды. А тут всё под надёжным присмотром будет. Да и спирт стянуть могут…

В стационаре располагалось восемь коек для больных, нуждающихся в длительном лечении.

— Раньше больным приходилось лежать дома в тесноте, сумраке, и, чего уж там, грязи, — отметил Альбинони, проходя между кроватями. — Теперь они смогут восстанавливаться в покое и чистоте. Это ускорит выздоровление в разы. Molto bene!

Теперь у нас имелось всё необходимое для подачи запроса на официальный статус острога. Школа, больница, достаточное население, гарнизон. Нужно сегодня же связаться с юристом.

Завершив осмотр больницы, я шагнул на улицу, где меня поймав Леонид Карпов.

— А что с лицензией для магической школы? — поинтересовался он. — Академический совет по-прежнему настроен против нас?

Я задумался, взвешивая варианты. Официальная лицензия дала бы нашей школе признание и возможность выдавать дипломы, признаваемые во всём Содружестве.

— Попробуем ещё раз, — решил я. — Теперь у нас есть полноценное здание, квалифицированные преподаватели и ученики. Формально всё соответствует требованиям.