— Завтра наш первый урок. Приходите к воротам моей виллы, встречу вас, полетим прочь от Цветка. После урока будем пить чай, обсуждать все, что вы узнали!

Это чаепитие Роксана предвкушала с фиолетово-алой силой, ощущая в крови полосатую нежность к прошлому и чудесную искристость неожиданного. Поэтому разговор с Мастером Равновесия, привычно плоским, пористым и змеистым, вызвал у нее приступ раздражения. Пусть даже при этой беседе присутствовал Диомед, как всегда лиственно-свежий и восхитительно зыбкий. Увы, Диомед разочаровал ее, как и все прочие мужчины — пусть и не настолько сильно, чтобы перестать быть его другом или отказаться продлевать его молодость. Она видела в нем винные глубины, куда можно упасть, видела далекие горизонты, до которых не долететь — а он думал только о власти, безопасности и выживании! Ах, безумец, да чего стоят и власть, и безопасность, когда в них нет искренности скрытой настоящности?

А Мастер Жизнелюб со своей внутренней ущербностью и постоянным голодом? А Дамиан, настолько весь перекошенный, перекореженный изнутри стремлением угодить вышестоящим, что его как будто и вовсе не было здесь?

Роксана предупреждала Диомеда, что он может превратиться в кого-то вроде Светозарного с его нелепым прозвищем, но ее бывший возлюбленный не внял. Впрочем, чего и ждать еще от мужчин, столь нацеленных вовне, неспособных заглянуть внутрь, в самую суть вещей? Красивые, сильные, задевающие внутренние струны — но не в резонанс, вечно не в резонанс!

Женщины, увы, не трогали Роксану так сильно — а как просто и сладко было бы влюбиться в такую же, как она! Но зато с ними можно было нормально поговорить, и они даже иногда понимали. Нет, она брала в ученики и мужчин, но что их интересовало? Только как научиться находить объекты в Междумирье да раскрыть его тайны! Им никогда не нужно было просто общение с Миром, само по себе!

Короче говоря, это сборище у Мастера Равновесия Роксану совершенно не интересовало, и она пошла только потому, что ее Тень уговорила. «Нельзя пропускать такие вещи, госпожа! Оглянуться не успеете, и они за вашей спиной как-нибудь вас ущемят!»

Пришлось не только идти самой, но и брать с собой старшую рабыню. Иначе все потом пересказывать ей — такая скука!

Но зато это означало, что самой Роксане слушать не обязательно. Тем более, все было предсказуемо: Жизнелюб канючил и жаловался, что какие-то чудо-зерна старые терранцы продали в обход Диомеду, да еще их архимаг самолично сделал в саду Мастера Растений что-то по-ремесленному чудное, уродливое, но эффективное. Все это было так тускло-инерционно и беспеременно, ни бликов, ни жизни, только медленное вырождение и отражение само в себя, словно облака удушающего газа!

Мастер Равновесия успокаивал и давил, давил и успокаивал — то, что получалось у него лучше всего.

— Они отказались продавать секрет, продали только зерна, и тех не слишком много… Пройдут годы, прежде чем их будет достаточно… Уверен, наш друг Диомед охотно уступит тебе по сходной цене… — и все в этом духе.

Но потом разговор свернул на другую тему.

— Мой славный дед в свое время ратовал за создание Проклятья, поскольку это позволило бы сохранить в неприкосновенности поголовье рабов для нашего будущего! — сердито говорил Симеон. — И что теперь? Они отказываются даже обсуждать торговлю с нами! Неслыханная наглость! Неужто они не понимают, что Мастер Стратиг со своими учениками разом приведет их планетку к покорности?!

— Или не приведет, — спокойно заметил Мастер Равновесия. — Ты видел, как их архимаг обошелся с Резчиком?

— Резчик далеко не лучший у Стратига! Высокопарное ничтожество! Лучших он забрал с собой на миссию, здесь оставил только молодняк да тех, кто только в патрули и годится!

— Допустим, хотя Стратиг при мне называл Резчика весьма достойным, — чуть улыбнулся Мастер Равновесия в усы. — Любопытно, что он скажет теперь, когда вернется?.. Но вот еще что. Очень может быть, что этот варвар не хочет продавать рабов не из высокомерия или невежества. Допускаю, что ему просто некого продавать!

— Как это так? — не поверил Дамиан Светозарный. — Все эти секреты исцеления, все эти книги…

— Книги хвастливые, он сам так сказал. Секреты исцеления и вечной молодости, чудесные зерна и другие секреты сельского хозяйства, быть может, как раз и показывают, что им не хватает рабов и они вынуждены приспосабливаться другими средствами! Обратите внимание, господа мои и дамы, какой невероятной мощности рабы при архимаге Кирилле! Многие ненамного слабее, чем он сам и его жена! Да, безусловно, многолетние запреты могут удержать даже самого сильного мага — особенно если Ураганов не соврал нашему уважаемому Мастеру Растений, и на Старой Терре открыли какой-то другой, более мощный метод наложения магических запретов, чем у нас. Но все-таки — вы бы рискнули позволять своим рабам достигнуть такой степени силы? Я бы нет!

Это Роксану заинтересовало. Она искренне любила своих рабов, но даже ей никогда не приходило в голову позволить им стать сильнее. Нет-нет-нет! Во всякой семье должен быть закон! Она — матриарх, остальные слуги — ее дети. Разве могут быть дети сильнее матери? Глупости! Но сделать их почти равными, почти такими же, как она… Например, Тень — тогда она смогла бы еще лучше защищать Роксану, да и ей бы самой это понравилось! Как архимаг Кирилл так виртуозно управляет их силой? Быть может, эта старо-юная Ифигения, которую он назвал своим мозгоправом, как-то помогает ему?