– Этот чай мне привезли в подарок с одного острова недалеко от Реверс Маунтин. Я вылечил одного знатного человека, проживающего на том острове, несколько лет назад и с тех пор мне приходят посылки от него с десятью килограммами разных сортов чая. Тот, который вы сейчас пьёте – мой любимый.
– с улыбкой сказал он.

– Чай восхитителен, но вернёмся к делу. Что с нашим другом? – спросил я.

Врач вздохнул и, отхлебнув чая, начал объяснять.

– Вещество, что вкололи парню, не обычный наркотик, а крайне редкое и стоящее невероятных денег вещество. Он позволяет на некоторое время внушить потребителю что угодно и вывести эту мысль в абсолют, также снимает часть физических ограничений тела, но последствия у него ужасающие. Он позволяет вести бой на пределе сил и гасит все эмоции, кроме тех, что вызывает внушение. Цена за краткое время силы, превышающей возможности тела в разы – выжигание жизненной силы дотла, а затем смерть. Бедолага смог выжить только благодаря болевому шоку от удара, он вырубил его, тем самым снимая внушение и спасая ему жизнь. Это ведь вы нанесли такой удар? – спросил он в конце.

Я согласно кивнул, а мужчина продолжил.

– Несмотря на то, что вы предотвратили его смерть, последствия всё ещё серьёзны. Организм потратил почти все ресурсы тела в борьбе со вколотой отравой, что привело к крайнему истощению и длительной коме. Почти два месяца он был на капельницах и только сейчас тело накопило достаточно сил для того, чтобы пациент смог прийти в сознание. –

– И каков прогноз? Он сможет выздороветь? – уточнил я у него.

Мужчина откинулся в кресле и задумчиво посмотрел на меня.

– Лечение займёт месяцы, а может и годы. Такой сильной стадии отравления я не встречал на своей практике. Но ещё неделю он будет на внутривенном питании, дальше можно будет медленно переходить с жидкой пищи на твёрдую. По моим прогнозам, он сможет нормально передвигаться только на второй месяц, а вот сможет ли он сражаться, как раньше… Тут я ничего не могу предсказать. – развёл руками мужчина.

– Понятно, сколько мы должны вам за лечение? – спросил я у него.

– 150 тысяч белли за два месяца наблюдения и лечения. – ответил он.

Я нахмурился, это была солидная сумма, но заплатил без вопросов. Мужчина довольно убрал деньги в стол и снова обратился к нам.

– Ещё кое-что, прежде чем мы пойдём к пациенту. Как правило, прошедшие через какое-либо внушение ничего не помнят после его снятия, но принявшие данное вещество помнят всё, так что будьте аккуратны со словами, мало ли что. – сказал он и пошёл на выход из кабинета.

Мы последовали за ним и пройдя через ещё два помещения, попали в палату, где лежал мой противник с финала турнира. Его состояние разительно отличалось от прежнего. Вместо сбалансированно развитого тела на койке лежал практически скелет, обтянутый кожей. Он внимательно смотрел на посетителей.

– Здорово, Шиндо. – пытаясь как-то разрядить обстановку, поприветствовал я.

– И тебе не хворать, Алекс. – слабо усмехнулся он.

– Вы не могли бы нас оставить? – спросил я у врача. Тот кивнул и вышел из палаты.

– Что последнее ты помнишь? – присев на угол кровати, спросил я у больного.

Тот направил взгляд в потолок и начал рассказывать.

– Я помню всё. Это началось в день финала, после полуфинальной битвы я хотел переговорить с наставником Эмиром о его обещании и услышал разговор по ден-ден-муши Хосино Рёты и Сайфер Пол о их действиях после моей победы в турнире. Племянник главы говорил что-то о том, что отдаст то, что хочет Мировое правительство, за помощь в становлении им главой семьи Хосино. К сожалению, ко мне сзади подкрался наставник и вырубил меня. Когда очнулся, я был уже связан и мне задали простой вопрос: я за них или против. Наставник Эмир слишком хорошо меня знал, чтобы я смог провести его, поэтому пришлось сказать правду. Ответив, что нет и что не стану драться в финале, Рёта достал шприц с мутной жидкостью и вколол мне в шею.

После этого я словно потерял свободу воли. Он внушил мне, что ты убил всех, кто мне дорог, и разжёг к тебе невероятной силы ненависть. В поединке я стремился не победить, а уничтожить. В глубине разума я понимал, что поступаю неправильно, но ярость и жажда твоей смерти легко подавили голос моего рассудка. Только твой финальный удар смог причинить мне достаточно боли, чтобы внушение развеялось и я вырубился. Дальше ты уже, наверное, знаешь. Очнулся я вчера уже в таком состоянии. – закончил он рассказ.

Мы выслушали его, не отвлекаясь, и теперь я размышлял, что делать дальше.

– Расскажи о прошедших событиях за время, что я был в коме, пожалуйста. Я ко всему готов. – попросил у меня Шиндо.

Я рассказал ему о предательстве племянника главы и его телохранителя, попытке диверсии в додзё, допросах, жестокой морской битве и подготовке к ней, розыскных листовках и так далее. Парень внимательно выслушал меня и с каждым словом становился всё бледнее.

– Теперь я предатель для всех в семье Хосино? – убито спросил он.

– Нет, ты теперь ученик предателя, что немногим лучше. Сам предателем не являешься, но твоя репутация в семье просто уничтожена и прежней никогда не станет. – грустно ответил я. – Ты не предатель, это знают все в верхушке семьи, но поступок наставников оставил на тебе клеймо для мастеров и учеников. –

Шиндо закрыл глаза от нахлынувшей душевной боли и ничего не говорил. Неудивительно, ведь из-за жадности наставников он потерял практически всё.

– Тебе теперь невозможно вернуться на остров и жить как прежде. Поэтому я предлагаю тебе отправиться со мной в путешествие. За все время нашего знакомства ты показал себя достойным человеком и хорошим другом, и я буду рад видеть тебя на борту моего корабля. Я приду завтра в обед, надеюсь, ты решишь к тому времени, как жить дальше – сказал я и встал с угла кровати, затем спросив. – Врач же тебе сказал о своём прогнозе? У меня есть парочка первоклассных врачей, они могут помочь тебе выздороветь быстрее.