Стараясь выработать маршрут отхода, Мефодий выглянул из-за крыла пожарной машины, как вдруг возле них из дыма вынырнули три рослые фигуры в зеленых медицинских комбинезонах и, оглянувшись по сторонам, направились прямиком к Исполнителям и пастору. Мефодий хотел было отправить санитаров восвояси – дескать, спасибо большое, ваша помощь не требуется, – но санитары и не думали интересоваться их самочувствием. Шедший первым плечистый чернокожий эскулап предупредительно поднял руку и с ухмылкой спросил:

– Ну что, святой отец, узнаете меня или, может быть, паспорт показать?

Не имея на носу своих очков с бифокальными линзами, пастор сощурился, смерил афроамериканца изучающим взглядом и разулыбался сквозь моментально выступившие на глазах слезы:

– Энтони! А я уже, право слово, подумал, оставили старика… Простите великодушно за столь греховные мысли!..

– Ладно-ладно, успокойтесь, дружище, все в порядке, – проговорил Энтони, подходя ближе и разворачивая принесенное с собой одеяло. Двигавшиеся за ним товарищи, не говоря ни слова, бросили по такому же одеялу Мефодию и Ким. – Нате-ка вот, укройтесь! И вы, ребята, тоже… Лучше укутывайтесь, мы вас доведем до машины. Здесь вообще-то недалеко, но не будем лишний раз мозолить глаза копам – они повсюду…

Единственное, что видел укрытый одеялом с головой Мефодий, это собственные ноги и асфальт под ними. Один из «санитаров» поддерживал Мефодия за плечи, направляя в нужную сторону и не оставляя иного шанса, как только полностью довериться ему. Где-то впереди ведущий пастора Энтони то и дело покрикивал на встречных:

– Дорогу, дорогу! Немедленно дайте дорогу – раненые!..

Проводник придержал Мефодия, и новобранец расслышал, как прямо перед ним щелкнул замок автомобильной дверцы.

– Живее внутрь! – скомандовал Энтони, после чего Мефодию помогли взобраться по неудобной лесенке в фургон и лишь затем стянули с головы одеяло.

Естественно, фургон у «санитаров» оказался самой настоящей «неотложкой» как снаружи, так и внутри. Пастора аккуратно уложили на носилки, укрыли по шею простыней и, вопреки его протестам, напялили на лицо кислородную маску. Кимберли и Мефодий получили по такому же, как у Энтони, зеленому комбинезону, вдобавок Кимберли всучили еще и капельницу, трубку которой сунули пастору под одеяло.

– До школы я спала и видела себя медсестрой, – проворчала девушка. – Спасибо, что осуществили мое детское желание, мистер Энтони!

Энтони в ответ лишь ухмыльнулся, а затем снял с полочки стетоскоп и подал его Мефодию.

– Это вставляют в уши, – на всякий случай пояснил он новобранцу.

– Хорошо, что не в нос, – огрызнулся Мефодий и, словно в знак протеста, не стал затыкать стетоскопом уши, а просто надел его на шею, как не раз видел это у врачей староболотинской больницы.

Энтони стукнул по стенке фургона, и «Скорая помощь», засверкав маячками, тронулась с места. В маленькие стекла на задней дверце было заметно, как в рассеивающемся дыму снуют полицейские, в панике разбегаются люди, а пожарные глядят на непонятный желтый дым. Складывалось впечатление, что о самом пожаре все попросту забыли.

«Скорая помощь» не проехала и ста метров, как вдруг затормозила прямо посреди улицы.

– Проверка! – прислушавшись к звукам снаружи, бросил Энтони. – Ведем себя естественно! Святой отец, закройте глаза и не шевелитесь!

В оконцах замаячили двое хмурых копов, один из них настойчиво забарабанил дубинкой по фургону. Энтони подлез к задней дверце и, недовольно вздохнув, приоткрыл ее до маленькой щели. Полицейского сержанта это не удовлетворило, и он грубо распахнул дверцу настежь.

– Офицер, мы спешим – у пострадавшего тяжелый приступ астмы и ожоги нижних конечностей… – принялся оправдываться Энтони.

Сержант лениво жевал жвачку и переводил взгляд с Мефодия на Кимберли и обратно, даже не взглянув на перечисляющего многочисленные травмы пострадавшего Энтони. Слушай Энтони сейчас не простой коп, а профессиональный медик, он бы наверняка поразился тому, почему Хьюго до сих пор считается живым.

Мефодий видел, что коп уже готов затребовать у реанимационной бригады документы – очевидно, полученный им приказ был категоричен и предписывал проверять всех без разбору. Наверное, полиция сейчас даже пожарных заставляла снимать противогазы.

Отговорки Энтони не возымели абсолютно никакого действия – коп указал дубинкой на Кимберли и поманил ее к выходу.

И тут Мефодия посетило внезапное озарение. Холодные одинокие вечера прошлой зимы невольно заставили его прикоснуться к такому пласту мировой культуры, как телесериалы, и потому Мефодий был в курсе, чего так боятся врачи «Скорой помощи».

– Мы его теряем!!! – заорал что было дури он, после чего схватился за электрошок и стал тереть его контакты друг о друга (спасибо Голливуду – он научил новобранца и этому). – Доктор Смит, мы его теряем, срочно сюда!