Конечно, придётся приложить немало усилий, чтобы коррупция здесь процветала хотя бы на порядок меньше, чем в моём старом мире, но я знал много прогрессивных принципов, в которые искренне верил: свобода слова, свобода от тоталитарного правительства, которое может творить всё, что ему вздумается. Это всё хорошие, правильные вещи, и с помощью Культурных Ценностей я мог бы попробовать внедрить лучшие стандарты здесь, получив значительные бонусы для своего общества. Просто на всё требуется немало времени, Москва тоже не сразу строилась.

Когда мы закончили осмотр дома Заряны, придя к выводу, что она не взяла ни одного неучтённого золотого, опросили семью и немногочисленных друзей на предмет её доходов и расходов. Никто не сообщил ничего из ряда вон выходящего. К концу импровизированного предварительного следствия Кузьма вынес вердикт, что она чиста, как слеза младенца, насколько это вообще возможно проверить в наших условиях. Я дал добро, и на следующее утро её официально уполномочили.

Я с любопытством наблюдал за реакцией Заряны на нашу с ней приватную встречу. Она вошла в мой кабинет, явно ожидая, что её опять в чём-то обвиняют, и с порога начала тараторить о своей невиновности, лишь потом осознав, что находится перед лицом самого Избранника. Моё присутствие, похоже, заставило её особенно нервничать, словно она боялась, что я сейчас вышвырну её из города за все прошлые прегрешения, но Кузьма сумел спокойно объяснить ей, что всё в порядке и её вызвали не для очередной выволочки или наказания.

Вместо этого мы начистоту изложили ей ситуацию: в общине завёлся серьёзный вор, а то и похуже, как бы даже не шпион. Глаза Заряны загорелись при этих словах, и она быстро смекнула, почему мы встретились с ней так рано утром, да ещё и в такой конфиденциальной обстановке. Это ведь именно то, чего она так долго искала, занятие, которое позволяло ей полностью раскрыть свой потенциал, сбежать от удушающей скуки обычной работы! Разумеется, мы заставили её поклясться всеми местными богами, что отныне она отныне обязуется ходить только по прямой и узкой дорожке праведности, а за любое следующее малейшее правонарушение тут же слетает с этого дела, да ещё и огребёт по полной.

Она согласилась, и я, недолго думая, уполномочил её, предоставив всю полноту власти для расследования и ареста тех, кто меня обворовывал.

Ей, конечно, дали строгие инструкции. Заряна не имела права никому рассказывать о своей новой работе. Вместо этого её легенда прикрытия заключалась в том, что её уволили с мельницы за очередную кражу, и теперь она типа стала безработная. Это должно было сделать её более привлекательной для любых потенциальных воров, ищущих подельника, а также для шпионов, которым мог понадобиться ещё один информатор. Она должна ходить по городу и собирать как можно больше информации, докладывая мне через день, причём отчёты предназначались только для моих глаз. Никакой самодеятельности.

Если это всего лишь один воришка, и ей удастся поймать его с поличным, у неё имелись полномочия на его арест. Но если мы нападём на след какой-то более крупной схемы, например, обнаружим шпиона в наших рядах, её инструкции были чёткими: немедленно доложить мне и ждать моего решения. Никаких геройств и попыток в одиночку обезвредить Джеймса Бонда местного разлива.

Пока что я удовлетворился этим решением.

Заряна должна попробовать доказать нам свои навыки и провести всё дело максимально незаметно, я же мог снова со спокойной душой сосредоточиться на основных проблемах, стоявших перед градом Весёлым. Жизнь, как говорится, продолжалась.

Рассчитывая на возвращение украденного золота, я начал подумывать, не станет ли лучшим его применением открытие Кабинета Советника, чтобы получить дополнительное место? Начальник собственной службы безопасности, или, как модно говорить, «Spymaster», автоматически решал бы подобные проблемы, улучшая нашу внутреннюю безопасность и одновременно гарантируя, что наши собственные шпионы усердно работают, предоставляя нам новые возможности и информацию о соседях. Честно говоря, я не особо горел желанием лично погружаться в шпионские игры. Грязи там обычно по уши, а выхлоп не всегда очевиден.

Но, блин, складывалось такое впечатление, что каждый второй Избранник в Истоке по уши погряз в шпионаже, и у каждого на то свои причины от банального любопытства до государственной необходимости. Оставаться белой вороной, этаким наивным чукотским юношей, который верит в честное слово и открытые переговоры, мне как-то не улыбалось. Рано или поздно сожрут-с и косточек не оставят.

Так что хочу я того или нет, а пора начинать готовиться к решению подобных проблем на более официальном, системном уровне. Создавать свою службу безопасности, мать её так, со всеми вытекающими: бюджетом, штатом и головной болью.

Тем временем заказы на всякие магические цацки и артефакты продолжали сыпаться, как из рога изобилия.

До зимы оставалось всего два месяца, буквально рукой подать, и я как заправский бухгалтер из какого-нибудь ЗАО «Рога и Копыта» уже прикидывал в уме, какой гешефт смогу поиметь с комиссионных, если вся моя коммерческая операция выгорит.

От Олега Корнеева, этого горе-Избранника, пришло известие. Он, оказывается, согласился поработать Лордом в Манске целых два года,. Кстати, чистое совпадение, но ровно на столько же у нас с ним контракт и заключён. Видимо, перспектива снова оказаться на бобах его не сильно прельщала. Как только Корнеев подтвердил сделку, прилетело и электронное «письмецо» от Ланьи через Стратегическую карту. Мол, она готова выполнить свою часть уговора, да ещё и рассыпалась в комплиментах, мол, какой я молодец, что так быстро разрулил все её хотелки. Приятно, чёрт возьми, когда твой КПД оценивают по достоинству.